Тридцатого уничтожить!

— Отлично, сержант! — прошептал Воронов и посмотрел в сторону Психолога, который что-то пометил в блокноте.

Савелий на ходу закинул автомат за спину и покошачьи взобрался по лестнице на трехметровый щит. Сверху от него был натянут канат, который соединялся с другим щитом, отстоящим от него метров на десять.

Савелий ухватился за канат и перебирая руками и ногами, стал быстро продвигаться по нему.

В этот момент под ним вспыхнул противень с мазутом, и языки пламени едва не лизали его спину, но он успел добраться до другого щита, до того как огонь разгорелся.

Перед ним оказалась двадцатиметровая песчаная площадка, которая наверняка была напичкана взрывпакетами. Главное — скорость! Савелий бросился вперед, делая замысловатые зигзаги: вслед за ним рванули только два пакета, но и они не причинили ему никакого вреда и не задержали его.

Воронов перевел дыхание и тут же закусил губу: Савелий подбегал к забору.

Он взмыл над забором-стенкой и с трудом удержался от прыжка: прямо за стенкой лежал двухметровый щит, ощетинившийся длинными гвоздями.

Савелий был одет в мягкие кроссовки и моментально пропорол бы ноги. Он встал на край забора и резко оттолкнулся от него, перепрыгивая зловещий щит. Затем сделал кувырок, встал и устремился дальше. Легко перемахнул грязевую яму, поразил на ходу мишень.

Впереди — стенка с окнами, и Воронов сжал в волнении кулаки.

Савелий запрыгнул на окно и заметил промелькнувшую тень: вот о чем предупреждал капитан. Он прыгнул, и в этот же момент на него навалилась туша Восьмого:

— Ну, птенчик, держись! — со злостью выдохнул он.

Но Савелий вдруг вырвался, выпрыгнул вверх из очень неудобного положения и нанес ему сильный удар пяткой в затылок. Восьмой завалился с воем на землю. Пятый восхищенно причмокнул языком

— Силен, ничего не скажешь! Даже Восьмого прошел. Вот тебе и Рэкс!

Услыхав эти слова, Седьмой вновь зло сплюнул, но промолчал.

В этот момент Савелий прыгнул в ров с водой, поразил мишень, выскочившую метрах в двадцати от него, и стал выбираться наверх. Не успел он встать на сухое место, как Шестой выстрелил в воздух, а в «матюкальник», как прозвали рупор, крикнул;

— Тридцатый! Стоп! Ко мне! Савелий быстро вернулся и остановился перед ним.

— Слушаю ва… тебя, Шестой!

— Молодец, Тридцатый, уложился! — без особых эмоций сказал он и вновь повернулся к Пятому, который хитро усмехнулся и кивнул головой."

"— А теперь, Тридцатый, настоящий сюрприз! — Шестой хмыкнул и взглянул Савелию в глаза, но тот невозмутимо пожал плечами и внимательно слушал. — Ты и соперник — на пятый этап. Пятый этап — крыша небольшого сарая.