Трое из Леса. Первая трилогия

Мрак пощелкал языком, принялся есть, нахваливая и причмокивая. Таргитай лежал пластом недолго – начал недовольно подергиваться, его пальцы сами подползли к хлебу.

Когда волхв отдышался, Таргитай уже держал хлеб в одной руке, а в другой – мясо. Мрак лежал на спине, закинув руки за голову. В небе было чисто, ни облачка, но глаза Мрака неотступно следили за видимой только ему точкой.

Было жарко, сухо и тихо. Звонко жужжала крупная мошка, запутавшись в паутину. Серебристые нити протянулись между двух толстых веток, новенькие, свежие. Мошка отчаянно трепыхалась, прилипнув брюшком.

Пробежал толстый прыткий паук, похожий на бескрылого шмеля. Солнце сверкало на радужных крыльях, по ним прыгали крохотные цветные искорки. Паук подбежал, деловито потрогал мошку передними лапами, смешно привстав на задних. Мошка в страхе забилась, а паук начал торопливо вытаскивать едва заметную тонкую нить. Мошка в последнем усилии попыталась взлететь, серебряный канат за ней выгнулся, как лук, но паук набросил нить, как степняк набрасывает аркан, подтянул, умело спеленал.

Олег даже жевать перестал, засмотрелся. В глазах его разрослось удивление.

– Откуда он берет нить? Из пасти? Это слюна, что твердеет?

– Из пуза, – ответил Мрак, взглянув издали. – У него там ткацкий станок.

Он снова обратил взор к небу. Таргитай подполз на коленях, осторожно взял мошку кончиками пальцев. Паутина натянулась, паук в испуге отпрянул. Таргитай отделил кокон с мошкой от паутины, начал осторожненько выпутывать крохотное тельце и радужные крылья, стараясь не задушить в толстых пальцах.

Олег сказал недовольно:

– Зачем?.. Еще чуть-чуть, и я бы понял, как он это делает!

– Но она бы погибла…

– Ну и что? Мошка!

– Зато такая красивая.

– Ох, Тарх… Как тебя еще вдобавок не забили кольями!

– Тебя изгнали тоже, – напомнил Таргитай.

Он бережно снял последнюю нить, мошка неуверенно расправила крылышки. Таргитай пошевелил пальцем, но мошка взлететь не рискнула, полезла на самый кончик, потопталась, перебирая крохотными лапками. На солнце просвечивала, Таргитай разглядел, как внутри билось маленькое сердечко. Крылышки завибрировали, мошка вдруг исчезла, словно растворилась в синем небе.

Олег сердито повернулся к Таргитаю спиной.

Голодный паук суетливо бегал по нитям, латал дыру в сети. Мрак повернул голову, смотрел, скалил зубы. Изгнали обоих, но какие разные!

Таргитай обернулся к оборотню, сказал жалобно:

– Мрак, скажи ему! Мы же за справедливость? А паук ее душил. Толстый, поганющий…

– Ты сам толстый, – ответил Олег зло. – Мрак, что делать с этим дураком? Я, может быть, новое заклятие бы придумал! Оставалось чуть-чуть понять…

– Понять! – сказал Таргитай саркастически. – Главное, сердцем чуять!

Мрак даже не повернул голову.