Трое из Леса. Первая трилогия

То ли мудрец такую любил, то ли чуть ошибся в заклинании, но Таргитай подозревал, что это у него самого горько во рту. Встреча с чудовищами из мира мертвых страшила. Олег приковылял, он не слышал о навьях, но лицо волхва невыспавшееся, серое, словно ночью посещали недобрые видения.

Мрак поел быстро, нетерпеливо ерзал, пока изгои выскребывали стенки котелка. Наконец, забросав угли сырой землей, подхватили мешки, Мрак бегом повел вниз по ложбине.

Миновали березняк, продрались через густой орешник, дальше пошел светлый солнечный Лес. Навстречу степенно выходили уверенные в своей мощи дубы, толстые липы, приземистые клены…

Мрак замедлил шаг, прошел дальше один, внимательно шаря взглядом.

Когда поманил друзей, лицо оборотня стало совсем невеселым.

– Опять следы, – обронил он. – Совсем свежие. И еще чьи-то…

Таргитай присел, потрогал вмятины в сырой земле. Не следопыт, но ребенку ясно – на землю опускалось что-то тяжелое, огромное, с острыми, как железо, когтями.

Олег спросил тревожно:

– Мрак, что это?

– Разве я волхв? – ответил Мрак едко. – Я знаю зверей только этого мира!

Олег сгорбился, словно его хватили палкой по шее.

Таргитай спросил неуверенно:

– Переночуем здесь?

– Все ночи, – отрубил Мрак. – Сколько понадобится, столько и будем ночевать. Вон папоротник, видишь? Прямо на том конце поляны. Готовится расцвести.

Таргитай всмотрелся, ответил с сомнением:

– Но я не вижу бутонов!

– Чего восхотел! Папоротник прячет их, как гадюка ноги. А потом будто ниоткуда берется Цвет. Понял?

– Откуда ты знаешь? – пробормотал Таргитай.

– Чую, – ответил Мрак насмешливо. Он хлопнул Олега по спине. – Эй, не рассаживайтесь! Задницы промочите, аки лебеди.

Сейчас утро, вернемся сюда к ночи."

"– Ну да, – сказал Таргитай. – Хворосту приготовим на ночь!

Мрак посмотрел на молодого парня, помолчал, в глазах мелькнули странные огоньки. Таргитай набычился, потребовал:

– Ну-ну, договаривай! Что ты хотел сказать?

Мрак внезапно широко улыбнулся, показав белые волчьи зубы.

– Ну нет! Лучше пожертвую острым словом, чем приятелем.

Конечно, искали не хворост, а одолень-траву. Хворост наберут на обратном пути, сказал Мрак. В его глазах все еще блестели искорки, а на губах играла двусмысленная усмешка.

Таргитай ежился, держался к Мраку поближе. К расцветающему папоротнику, как известно, стягивается вся нечисть. Папоротник – порождение подземного мира, недаром цветет только ночью, не зря прячет от солнца и людского глаза даже завязь будущих цветков. Папоротник – трава волхвов, акудников, кудесников, но также той ночной нечисти, с какой бьются волхвы. Нечисть стережет свой Цветок, не отдаст! Уже сейчас слышен запах невидимой завязи, за две ночи станет еще мощнее.