Трое из Леса. Первая трилогия

За чертой огня в темноте начали мелькать в отсветах пламени жуткие формы, костяные гребни, оскаленные клыки, рога, длинные, как ножи, когти.

– Не смотри, – предупредил Олег. – Это самая страшная ночь! Опусти глаза в землю.

– А как увидим Цвет?.. Надо сорвать раньше, чем сорвут упыри!

– Они не рвут…

Олег был бледным, даже желтым, как покойник, под глазами висели тяжелые складки, похожие на сети с рыбой. Он едва сидел, раскачивался, а рядом хрипел в путах Мрак. Глаза оборотня закатились под веки, на белых яблоках страшно прыгали красные блики.

Внезапно похолодало, Таргитай с изумлением и страхом увидел в черном небе крупные хлопья снега! Языки пламени подпрыгивали, но снег сразу обращался в пар, даже не в воду.

Тепло уходило из воздуха, Таргитаю в спину подуло ледяным сквозняком. Руки его покраснели, чуя морозец. Он придвинулся к огню ближе.

Пламя металось из стороны в сторону, словно пыталось уйти из-под удара, вдруг начало редеть, пугливо жаться к едва пылающему хворосту.

Таргитай услышал стонущий голос Олега:

– Мрак, ты уж подержись… Ты самый сильный, Мрак!.. Без тебя мы враз сгинем…

Жилы на лбу Мрака вздулись, как насосавшиеся крови пиявки.

Таргитай, борясь со звоном в ушах, бросил в огонь сухую веточку. Упала в середку пламени, но… не загорелась. Таргитай дотянулся прутиком, пошевелил. Угли рассыпались… к темному небу взвились багровые искорки, но сухая хворостинка осталась незатронутой ленивыми язычками огня, что гасли один за другим.

Таргитай напрягся, пытаясь наклониться, расшевелить угли… Тело не слушалось. Рядом неподвижно сидел, похожий на вытесанный из пня чурбан, Олег. Глаза волхва бездумно уставились в затухающий костер, руки бессильно висели.

Таргитай скосил глаза, вздрогнул. Между ним и волхвом корчился в путах огромный мохнатый зверь. Волчья пасть оскалена, желтая пена падает с острых клыков, а толстые волчьи лапы скребут землю!

Олег очень медленно, напрягаясь изо всех сил, повернул голову к Мраку. Лицо исказилось, рука начала опускаться на оборотня. Звериное тело выгнулось, будто стремилось коснуться его руки, ремни лопнули со злым сухим звуком. Таргитай отшатнулся, страшные челюсти лязгнули возле лица, пахнуло густым волчьим запахом, оборотень с шумом обрушился в темноту.

Затрещали невидимые кусты, зашелестело, и снова настала жуткая тишина, тьма приближалась, сжимала круг вокруг костра, звериные пасти мелькали все ближе."

"На лице Олега застыла гримаса, он походил на вмороженную в лед лягушку. Таргитай, борясь с оцепенением, дотянулся до мешка. Да, на этот раз Тьма победила, он сейчас умрет. Погиб Мрак, погибает Олег, а он, Таргитай, совсем не боец, не ратоборец…

Сопилка коснулась замерзших губ.