Трое из Леса. Первая трилогия

А Род… он только сотворил мир.

– Дана, – сказал Олег просительно, – что делать нам?

– Вы – люди.

– Люди, Дана. Мы знаем очень мало. Ты – много.

– Разве ты спишь в огне, как боги? Или на дне реки? Вмороженным в лед? Можешь ли свою искорку жизни сопоставить с бессмертием и неуязвимостью богов?

– Понял, – сказал Олег убито. – С нашим-то рылом да дорогой богов? А ежели чего попроще?

Дана покачала головой:

– Ты герой, но ты лишь человек. А я не знаю путей смертных. И никто из богов не знает. Белобог и Чернобог – могучие боги, но и они не ведают ни добра, ни зла. Это путь людей.

Мы не знаем, почему говорите так… Это присуще только вам, людям… Если боги вам и помогут, то случайно. Повредят – тоже случайно.

– А кто – не случайно? – спросил Олег жалобно.

Мрак одернул:

– Ты же слышал: ежели бог прибьет, то это как лавина с горы! Задавит просто так, не со злости. Или река тебя утопит. Или же деревом пришибет…

– Да нет, кто может помочь не случайно?

Оба смотрели на Дану выжидающе и требовательно. Ее глаза не отрывались от играющих детей. Арпо и Липо подняли такой визг, что стебли травы в испуге шарахнулись в стороны.

– Не знаю, – ответила она наконец. – Я же сказала, разве что один старый мудрец… Род сотворил его в числе первых людей. Он даже старше многих богов. Жил столько, что знает пути богов, но он все-таки человек… Побывайте у него.

– Как его найти?

– Я богиня реки, – напомнила она. – Этой реки. Другие края мне неведомы.

Олег смотрел пристально:

– Но тебе неведомы и пути других богов?

Дана кивнула, ничуть не рассердившись, как он втайне боялся.

– Речных – ведомы. Даже морских. А другие зачем? Но я слышала от пролетающих птиц, что живет он в самом старом городе на белом свете.

– Где этот город?

– На Востоке. Знаю еще, что стены того города складывали сами боги. Это единственный нерушимый город на свете…

Она медленно начала входить в речные волны. Вокруг ее сильного тела завертелись бурунчики, замелькали рыбки. По реке показались плывущие речные девы – дети богов и смертных.

– А он знает? – спросил Олег ей в спину.

Она бросила равнодушно через плечо:

– Вряд ли. А ежели знает, то вряд ли то, что вам нужно. Но если не он, то кто? Все-таки это самый знающий из людей. Зовут его Аристеем.

Еще миг невры видели ее золотые волосы, что веером разошлись по воде, тело в прозрачной воде обретало иной блеск, нестерпимый для глаз. Олег уже вскинул руку, защищая глаза, но в следующее мгновение богиня исчезла, воссоединилась с великой рекой.

Мрак ухватил Олега за плечо – а то и над этим станет ломать голову, потащил в пещеру.

Едва вошли, Олег рухнул вниз лицом. Мрак потряс его за плечо. Волхв нехотя повернул голову. Сердце Мрака упало. Лицо волхва было смертельно бледное, а глаза пустые, как у мертвеца.