Трое из Леса. Первая трилогия

Их не успели вытолкать за дверь, как хозяин повернулся к неврам:

– Готово.

Лестница вывела наверх, где вдоль узкого коридора темнели двери: две на одной стороне, две на другой. Обе левые были наспех собраны из свежеоструганных досок. В крайней правой зияла дыра, которую закрыть можно было бы разве что щитом. Парнишка заколачивал ее досками.

– Не успеваем чинить, – глаза хозяина равнодушно скользнули вдоль коридора. – Жизнь…

– Она самая, – согласился Мрак.

Комната, на удивление, оказалась просторной, даже чистой. Массивное ложе возле окна, дубовый стол, две широкие лавки.

Огромный сундук с грудой цветных одеял и тряпок на крышке. С продольных балок свисают мокрые простыни. На полу остатки затертой лужи.

Хозяин горделиво повел дланью:

– У меня самый известный постоялый двор во всем Старграде, то бишь Вечном Городе. Построил еще мой прадедушка! Здесь останавливались короли, герои, маги, пророки. В этой постели, к примеру, спали великий истребитель великанов Годой, славный король Фанас, волшебник Синий Чиж, знаток древних миров Наташ, удивительный человек Сафар…

Он гордо оглянулся на варваров.

Те в самом деле были потрясены. Самый молодой вовсе раскрыл рот так, что поместился бы теленок.

– Ишь… Как помещались? Кровать мелковата.

– В походе не до удобств, – пояснил старший, мрачный и огромный, как медведь, который теперь в человечьей личине отбывал наказание.

А третий, красноголовый, как закат на ясном небе, сказал рассудительно:

– В книгах сказано, что в старину люди были мельче. Это потом приврали про великанов.

Хозяин сплюнул от досады.

Варвары, что с них возьмешь… Послушать, как страусов ловят, так вообще…

А гости, бросив дорожные мешки в угол, отправились вниз, откуда несло запахами кухни, жареного мяса.

Глава 7

В нижней части постоялого двора звучала пронзительная музыка – у невров сразу заломило в ушах. Воздух в просторном помещении был тяжелый, пряный, горячий.

За столами сидели в тесноте полуголые гуляки, красный свет факелов плясал по мокрым потным телам. Все говорили, пели, спорили, дрались, и все – разом, вразнобой, с криком, угрозами.

Шныряли и сражались за кости собаки, такие же лохматые и дикие. Под потолком на поперечной балке сидела огромная яркая птица и ругалась последними словами.

Невры пробрались к ближайшему свободному месту. Мрак втиснулся первым, повел плечами. Двое выпали с лавки, на освободившееся место сел Олег. Повернулся, устраиваясь поудобнее, еще один слетел на пол. Таргитай радостно и застенчиво бочком сел на его место, вздохнул облегченно, и последнего как ветром сдуло с лавки.