Трое из Леса. Первая трилогия

А ты?

Хробак перестал бегать. Дернулся так резко, что едва не сорвался с края.

– Я? Мы все рождены для схватки. Как и тупые меднолобые. Как и все люди, знатные или простолюдины. Только мы бьемся не мечами."

"Оба повернулись к третьему, Фагиму. Тот не слушал, смотрел на дальние голубые вершины. Лицо его оставалось спокойным, но оба мага уловили ауру сильнейшего смятения. Морщинки вокруг глаз стали резкими, словно их высекли в камне.

– Фагим! Что скажешь ты?

Глаза Фагима пробежали по одному, другому с головы до ног. Хробак вздрогнул: что-то с Фагимом случилось странное.

Он знал его раньше другим. И знал его ауру, запахи, знал признаки мощи.

– Я рад, – проговорил Фагим негромко, но в голосе звучала та новая мощь, что насторожила Хробака, – рад, что наши взгляды совпадают. Мы должны остановить их. Хоть из-за того, что нельзя дикарям позволить выйти в мир с такой силой… Это все равно что дать сумасшедшему горящий факел и послать в сарай с сухим сеном… или же потому, что мы ревнивы и не позволяем кому-то еще привести корову на поляну с зеленой травой, которую нашли первыми.

Хробак поморщился: Фагим слишком откровенен, магам надлежит скрывать низменные желания.

Хотя бы потому, что маги хоть и черпают мощь от богов, но в остальном зависят от людей. И теми и другими двигают низменные желания, но народ должен верить в чистые помыслы магов.

– Скажи, что ты знаешь о них?

Лицо Фагима дернулось.

– Трое лесных варваров… И выглядят как варвары. Полузвери, полулюди. Но в Лесу жизнь тяжелая, выживают не все. Они живучи как звери, двигаются неслышно, чуют запахи лучше собак. У них чутье на опасность, иначе бы не выжили. А сейчас, когда явились в города, все им кажутся слабыми и беспомощными.

Да так, собственно, и есть.

Хробак смотрел пристально, на впалых щеках загорелись красные пятна гнева.

– Разве такие опасны?

– Я еще не все сказал. Их лесной волхв каким-то образом овладел магией. Конечно, по-варварски. Он в состоянии тряхнуть гору, после чего вовсе не падает в изнеможении. Однако при всей своей мощи не может сдвинуть перышко. По его воле лопается земля, я сам видел целое ущелье, но в остальном такой же тупой могучий бык, как двое других…

– Те тоже… маги?

– Упаси боги! Уже разнесли бы белый свет вдребезги.

Один, тупой и ленивый, для них просто обуза. Двое тащат его лишь потому, что их единственный сородич. Второй настолько полузверь, что иногда вовсе оборачивается волком… Нет, Хробак, без всякой магии! В том-то все и дело. Их суть такова, что могут жить в двух обличьях. Их деды были волками… или медведями. А эти, их потомки, не утратили свойства оборачиваться волками. Только волками, никем больше.

Хробак был потрясен. Глаза остекленели.

– Все… трое?

– У них все племя такое. Но из этих троих – только один умеет.