Трое из Леса. Первая трилогия

 – Весной в твою честь, Ярило, девки и парни водят хороводы, любятся, украшают ветки лентами, пускают венки по воде… А в твою, Жароок, весной во всех хатах гасят печи, волхвы же добывают чистый огонь…

На них смотрели вяло, без интереса. Ярило тут же припал к ковшу, а Жароок взглянул в упор полыхающими глазищами:

– По-старому?

– Дерево о дерево, – поклялся Олег. – Трут, пока огонь не полыхнет!

– Добро… – одобрил Жароок, но голос такой равнодушный, что у невров мурашки побежали по коже. – Покон надо блюсти… А то в иных племенах завелись хитрецы… или ленивцы? Наловчились облегчать святой труд: бьют камнем о камень…"

"– Мы блюдем Покон! Скажи, Жароок, ты ведь тоже знаешь о скором конце света?

Жароок смотрел багровыми глазами, но неврам показалось, что глаза вечно молодого бога напоминают больше багровый закат, чем багровый костер.

– А… вы те трое, что примчались охранять Яйцо? Боги, плюйте на них! Я таких дурней не встречал даже среди жаб. Разве что червяки дурнее… Нет, вряд ли…

Таргитай вспыхнул от стыда, Олег потупился. Мрак сказал настойчиво:

– Понятно, мы – смертные. Нам не дано быть умными… Мы сами берем.

Не сразу, правда. Вы вон, сильные да могучие, сидите, опустив ухи, как лопухи под дождем, а мы, слабые да неумелые, мир спасаем… Не срамно?

Жароок повернулся к Яриле:

– Чем, по-твоему, можно помочь этим смертным?

Ярило, усталый и равнодушный, буркнул:

– Скажи им.

– Что все бесполезно?

– Это они сами знают. Но счастье людей, если ты еще сам… хоть смутно, да помнишь… в самой борьбе за победу.

Жароок обеими руками поднял ковш, брага хлынула целым водопадом. Жароок даже не глотал, рекой лилась и исчезала в подставленном рте.

Ярило нехотя обронил:

– Так просто мир не погаснет… Осталось не семь дней, а всего три… Да, уже через три дня Ящер выведет из подземного царства все войска… Да, всех мертвых, что ему подвластны! А они копились у него тысячи и тысячи лет! Он всю жизнь – а она немалая – готовился к этой битве.

Но это еще не все… На его стороне пойдут и живые…

Невры похолодели. Если толпы мертвых выйдут из подземного мира, покатят волнами по миру светлому, солнечному, то явно придет конец всему белому свету. И разбивать Яйцо не надо.

– Кто? Почему? Разве такое может быть? – вскрикнул Олег.

– На его стороне те кочевники, что живут набегами, войнами…

– Ну, с кочевниками нам уже приходилось, – обронил Мрак.

Ярило скривил губы:

– В войске Ящера мертвых воинов вдесятеро больше, чем всех живых на земле… К тому же у него все сильнейшие богатыри и герои. Всех времен и племен! Ладно, оставим их… Как одолеете самого Ящера?

В молчании Жароок со стуком поставил ковш.

– Никто из богов… Даже могучий Велес…

Ярило взял ковш, осушил. Когда грохнул о стол, он снова наполнился, плеснуло через край.