Трое из Леса. Первая трилогия

Таргитай в страхе за Олега подумал, что лучше бы не так шибко, а то уши оторвутся на такой скорости.

Глава 8

Оставшись один, Таргитай всплакнул – чего стыдиться, никто ж не зрит, – но слезы еще никому не помогали, вытер лицо, потуже подтянул ремни. Опять перед глазами поползла вниз, заскользила, а то и побежала, обрываясь позади, серая скала Дерева.

Ноги сразу налились горячей тяжестью. Сердце колотилось так, что выпрыгивало через уши. Сперва, отдохнув перед расставанием, лез с полверсты без отдыха, потом спотыкался все чаще: воздуха не хватало, на ногах будто стопудовые глыбы.

Рукоять тяжелого Меча больно колотила по затылку. Тихо ненавидел, избавиться бы при случае… На миг испугался: Мрак взъярится, даже Олег осудит, Меч не раз спасал им шкуры, но уж очень противный – чересчур хвастливый, заносчивый.

Да, от него всякий раз переполняет радость, когда сечет ворогов, потом немножко совестно… Нет, это сперва немножко, а потом уже множко, сейчас же совсем невмоготу. Видеть этот блистающий булат не хочется! Уже совсем редко берется за рукоять, что так и просится в руки. Сама норовит залезть в ладонь!

Не зря говорят, подумал он горько, что я дурак не простой, а редкостный.

Какой настоящий мужчина не мечтает о таком Мече? Даже Олег ухватился бы обеими руками, хотя и на свой Посох не насмотрится, пылинки сдувает. Ведь Мечом, козе понятно, и Посох легче добыть, и летающий ковер. А уж радости попроще: царства, каганства, кучи золота – только захоти.

А вот ему ни Меч, ни Посох, ни даже расписные пряники не дороги так, как простая дудочка за пазухой. Вот она, возле сердца пригрелась, тихая, как мышка. Почему-то дороже и Меча, и Посоха, и всего-всего на свете…

И дуракам жить надобно, сказал себе сердито.

Не убивать же! Начни убивать – придет черед и полудурков, затем – придурков, наконец умники начнут выяснять, кто из них знает меньше. Еще можно изничтожать кривых, хромых!

Впереди трещало, а кора подрагивала, будто под ней билось сердце размером с хату. Таргитай опасливо обошел по дуге. В глубине двигается чудовищный зверь, грызет. Если такой цапнет за ногу, то и подошву откусит.

Плечи сами передернулись, как в ознобе. Какова зверюка, что грызет Дуб? Он же во сто крат крепче камня и булата!

Да что червяк, напомнил себе, надо о Роде думать.

Нашли кого послать! К самому мудрому и сильному самого… немудрого. Хотя, с другой стороны, Роду все одно. Ему самый сильный – тля, самый мудрый – тля, самый высокий – тля.

Род все знает, все умеет, все сделает. Он вмешается и всех спасет. Род сидит на вершине Прадуба и мечет оттедова животворные капли… Гм, чего это он так… От этих капель и пошла жизнь на свете. Стала при Роде. При-Роде.