Трое из Леса. Первая трилогия

Но как объяснить умным и сильным, что, ежели замолчат дудки, заквакают жабы?

Он играл, почти не заботясь, что усталые ноги потихоньку ослабляют хватку, что муравей несется как стрела, делает рывки. Сбивался с лада, иной раз дыхание перехватывало так, что вместо мелодии из дудочки вырывался кошачий визг, но упорно и счастливо складывал новую песню. Правда, складывал еще раньше в голове, сейчас же прилаживал, обтесывал, любовно подгонял, как венцы в срубе.

Запах зелени стал таким мощным, что казался Таргитаю зеленым, как нависающее над ним небо. Зеленый отсвет падал даже на спину муравья.

Таргитай сам себе казался зеленым, как лягушка.

Очень редко ныряли в щели, перебирались через гребни. Муравьи спрямили дорогу, их челюсти и когти прорубили в гребнях узкие глубокие ущелья, а поскольку муравьев так высоко взбиралось совсем мало, то Таргитаю часто приходилось поднимать ноги. Проносились, почти задевая боками за стены!

Иногда листья прижимались так близко к стволу, что Таргитай видел странных существ, иногда различал грозные лица. Однажды за ним увязалась гигантская бабочка с женским лицом, от нее шел сладкий зовущий запах.

Таргитай от удивления отнял от губ дудочку, бабочка захлопала крыльями чаще, ушла в сторону и пропала."

"Муравей выбежал на ветку, похожую на широкую проселочную дорогу, бодро понесся, стуча когтями. Впереди зеленели необъятные поля, редкие муравьи доили огромных зеленых чудищ, тыкая в них сяжками. К ним спешил и муравей Таргитая.

Таргитай поспешно соскочил:

– Мог бы и выше довезти!.. Я ж тебе на дудке играл.

Муравей умчался, словно не слыша. Или в самом деле не слышал. Олег что-то говорил о полной глухоте муравьев.

Назад к стволу заспешил бегом, уши горели от стыда.

Олег и Мрак не дали бы себя завести в сторону. Хотя Мрак уже стоит на пороге подземного мира, если еще не вошел, Олег вообще творит что-то немыслимое, лишь ему опять досталось самое легкое: подойти и спросить! А он и это еще не сделал…

Таргитай пошел карабкаться, чувствуя, как быстро наливаются тяжестью усталые ноги. Уже распухли, суставы трещат, сапоги разбиты, подошвой чувствует каждую соринку.

Внезапно ощутил, что в самом деле остался один. Муравьи были последними, никто выше их не забирался. Ни зверей, ни птиц, даже под ногами не чувствовалось знакомого дрожания: древесные черви остались далеко внизу.

Остановился передохнуть, тут же ощутил, что замерзает. Воздух был холодный, а из-под ног тянуло еще большим холодом. Подземные соки, что рекой поднимаются к кроне, текут совсем близко.

– Спасибо, мураш, – крикнул он запоздало. – Вы самые лучшие звери на свете! Лучше вас только Мрак и Олег… да и то не всегда.

Подтянув перевязь с Мечом, потащился наверх, заставляя себя перебарывать усталость и боль во всем теле.