Трое из Леса. Первая трилогия

С заклятиями он не успел. Его Посох в руках – простая дубина. И вообще их, похоже, уже ждут.

Таргитай вертел головой. В чистых глазах было тупое удивление.

– А где они?

– Дур-р-рак, – произнес Олег с отвращением и отчаянием. – Боги, жизнь и так невыносима, а тут еще свои вредят… За что?

– Олег, они спрятались?

– Тьфу!

Таргитай убито смотрел на безжизненный мир. Они стояли под пронизывающим ветром на ледяной равнине. Везде снег, сугробы, вздыбленные льдины. Дорога назад отрезана стеной Тумана… Теперь там часто блестели искры на металле, весь Туман уже состоял из тысяч и тысяч булатных мечей.

– Ну, – сказал Таргитай убито, – я ж не всегда умный. Я как божья коровка – местами. А кто нас заманил?

Ветер был злой, швырял в лица ледяную крупу. Волосы обледенели, дыхание замерзало на губах. Разгоряченный Таргитай наконец ощутил стужу, передернул плечами. У Олега брови смерзлись, торчали как наконечники стрел. Изо рта вырывались частые клубы пара, замерзали, в воздухе звенели крохотные, как пылинки, льдинки.

Внезапно сверху прогремел нечеловеческий голос:

– Скоро узнаешь, смертный!

– Кто ты? – вскрикнул Таргитай.

– Узнаешь…

Донеслись неспешные удары по воздуху гигантских крыльев. С высоты упали обрекающие слова:

– …в чьих ты когтях уже…

Небо светлело, становилось светло-зеленым. Таргитай вскрикнул, дрожащий палец тыкал влево. Олег круто развернулся, колени сами подогнулись.

Из-за непривычно близкого края земли медленно поднималось… черное солнце! Край выползал, как спина всплывающей из глубин океана исполинской черепахи. От него веяло ужасом, сердце Таргитая болезненно сжалось. Наконец, страшное солнце мертвых повисло, не касаясь земли.

От него шли черные, как уголь, лучи, зеленое небо взялось лиловыми трупными пятнами.

– Черное… – прошептал Олег. Губы тряслись, от них шел стук, как от ледышек.

– Надо идти, – выдавил Таргитай потрясенно. Остекленевшие глаза смотрели на черное солнце со страхом и отвращением. – Солнце Ящера!

– Солнце мира мертвых…

– Под этим солнцем, – проговорил Таргитай изменившимся голосом, – не могут рождаться песни…

Олега подбросило, волна злости опрокинула стену страха.

– Кто о чем, а вшивый о бане!

– Сам ты…

Злость помогла сдвинуть ноги с места.

Ветер стал еще яростнее, замораживал лицо. Над головами звучно захлопали крылья. Олег упал вниз лицом. Пахнуло нечистым воздухом, резкий крик полоснул по ушам. Тень взвилась и пропала в лиловом небе.

– Здесь держи ухо востро.

– Нет Мрака, – прошептал Таргитай печально. – Как плохо, когда нет Мрака!

Олег поднялся, двинулся вперед, сильно наклонившись против ветра. Ноги оставляли глубокие борозды в снегу. Он чувствовал, как сердце превращается в комок льда.