Творец слез

Ригель подошел ближе, всматриваясь в меня со жгучим интересом, словно хотел вобрать в себя все, что есть во мне: мой аромат, мои губы, мои глаза, мои руки, даже мою ночную рубашку…

Резкий звук дверного звонка заставил меня подпрыгнуть. Магия тут же развеялась, мы оба замерли. Голос Анны из глубины дома крикнул:

— Кто-нибудь может открыть дверь? Наверное, это опять курьер!

Ригель закрыл глаза и сжал челюсти, на его скулах проступили желваки. Казалось, его лицо превратилось в камень. Когда он снова открыл глаза, они излучали холод.

Я шагнула в сторону, чтобы обойти Ригеля и пойти в прихожую, но он взял меня за плечи и вернул на место, после чего быстро вышел из кухни, мимоходом поставив мою кружку на стол.

За дверью стоял курьер в фирменной остроконечной шляпе. Судя по тому, как неуверенно он смотрел на бумажку с адресом, почесывая подбородок, доставщиком он работал первый или второй день.

— Здравствуйте! Доставка по вашему адресу, — объявил он, протягивая букет с торчащей из него запиской-улиткой. — Не могли бы вы вот тут расписаться?

Ригель раздраженно уставился на пышный букет, затем перевел взгляд на курьера и нарочито серьезным голосом сказал:

— Думаю, это какая-то ошибка.

— Похоже, что все-таки нет, — возразил паренек, — адрес указан ваш, а получательница — Николь… нет, Ни… ка… Довер.

Ригель улыбнулся пугающе вежливо.

— Кто-кто?

— Ника Довер.

— Тут такой нет.

Паренек опустил руку с цветами и растерянно заморгал.

— Нно… — начал он, заикаясь, — на вашем почтовом ящике висит табличка с именем «Довер и Уайльд», рядом с «Миллигана».

— Да? А, это старые владельцы, — ответил Ригель, — мы только что переехали.

Доверы здесь больше не живут.

— А где они живут, не знаете?

— На кладбище.

— Гггде?.. — глаза курьера округлились, и он нервно поправил солнцезащитные очки.

— Да, там.

— Черт, я не знал. Мне чертовски жаль!

— Они были очень старыми людьми, — сообщил Ригель печальным голосом, сочувственно цокнув языком. — Обоим, наверное, лет за сто уже было. — Тогда понятно. Спасибо за информацию… — Не стоит благодарности."

"И Ригель захлопнул дверь, не пустив пышный букет к нам в дом.

По крайней мере, в тот день. Незаметно пришло время ужина. Анна излучала такую веселость, что, казалось, ее можно было пощупать руками. Она довольно посмотрела на скатерть, которую я стелила, а потом сказала, что по дороге домой встретила Аделину. По словам Анны, Аделина понравилась ей с первого взгляда. «У этой девушки хорошие манеры и искренняя улыбка». Анна переживала, что Аделина вот уже которую неделю не может найти работу.

— Она такая милая, — сказала Анна, ставя пирог в духовку.