Творец слез

Сердце в груди как будто засияло, и мои мысли засверкали в лучах этого света. Анна хотела провести со мной время, будь то день, час или короткая прогулка, — какая разница, если от ее предложения моя душа возликовала. Я чувствовала себя как в сказке, когда добрая улыбчивая Анна находилась рядом. Волшебными были ее смех и теплое сияние глаз. В такой сказке я хотела бы жить вечно.

Ника, эта? Хотя нет, подожди… Как насчет этой?

Магазин одежды поразил меня своими размерами. Я уже перемерила кучу блузок, но Анна находила все новые и новые и прикладывала их ко мне. И снова, вместо того чтобы смотреть на себя в зеркало, я завороженно смотрела на нее. Я чувствовала исходящий от нее домашний запах, наслаждалась ее близостью, я словно грезила наяву. Никак не могла поверить, что действительно нахожусь в огромном магазине с ворохом пакетов, бьющихся об ноги, и есть кто-то, кто собирается пополнить их количество. Кто-то, кому не жалко потратить на меня деньги, хотя понятно, что я ничего не могу дать взамен.

Когда Анна предложила прогуляться по городу, я и подумать не могла, что она поведет меня по магазинам и накупит мне футболок, юбок и нижнего белья.

Мне захотелось ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что все это правда.

— А такая тебе нравится?

Я смотрела на Анну мечтательными глазами.

— Да, очень… — прошептала я, и она хихикнула.

— Ника, я вижу, ты на все согласна. — Анна посмотрела на меня так ласково, как я люблю. — Но у тебя же есть какие-нибудь предпочтения?

От смущения щеки стало покалывать. Мне правда нравились все вещи. Как бы преувеличенно и неправдоподобно это ни звучало, но это было так. Я хотела бы ответить ей, что каждое ее обращенное ко мне слово или предложение — чудо для меня. Раньше никто никогда не дарил мне своего времени. Когда живешь одними мечтами и фантазиями, учишься радоваться простым вещам: случайно найденному четырехлистнику, капле варенья на столе, мимолетному взгляду.

А предпочтения… это непозволительная роскошь.

— Мне нравится яркий цвет, — пробормотала я с детской нерешительностью. — Разноцветные вещи… — Я взяла с полки пижаму с веселыми пчелками. — Такие, например.

например.

— Думаю… я почти уверена, что она детская, — возразила Анна, часто моргая.

Я покраснела и посмотрела на бирку, а Анна расхохоталась. Затем она положила руку мне на плечо.

— Пойдем, я видела что-то похожее в чулочно-носочном отделе.

Через час у меня была куча новых носков, хлопковых и шерстяных. Я больше не буду ежиться от сквозняков зимними вечерами, и больше никаких застрявших соринок в протертой ткани на подошвах.

Мы с Анной вышли из магазина, я — обвешанная пакетами и абсолютно счастливая.

— Да, милый! — сказала Анна, отвечая по мобильному.