Творец слез

Жук, слишком напуганный, не двигался и не пытался выбраться на волю.

— Убегай, — прошептала я, — пока тебя никто не увидел.

Я опрокинула банку, и он камешком упал в траву, так и не шевельнувшись. Я посмотрела на него. Такой маленький, странный. Многим этот жук показался бы отвратительным, жутким, а во мне он вызывал только сочувствие. Многие не заметили бы его, потому что он ничтожно мал, другие убили бы, потому что он слишком уродлив в их глазах.

Тебе нельзя здесь оставаться, тебе причинят боль, — грустно прошептала я. — Люди не понимают, боятся. Они тебя раздавят, чтобы ты не ползал рядом с ними."

"Мир не принимает таких, как мы. Он запирает нас в разных учреждениях, чтобы на нас не смотреть, он держит нас подальше от себя, забывая о нашем существовании, потому что так удобнее. Никто не хочет жить рядом с нами, даже смотреть на нас неприятно. Я знала это слишком хорошо. хорошо.

— Давай! — Я поскребла землю возле его лапок, и он расправил крылья, поднялся в воздух, а потом исчез из поля зрения. Я с облегчением вздохнула.

— Пока!

— Ну надо же, значит, не только чокнутые разговаривают сами с собой.

Я спрятала банку, поняв, что я здесь не одна. Рядом стояли две девушки, которые смотрели на меня иронично и сострадательно. Я узнала одну из них: она подарила Ригелю алую розу. Ее блестящие волосы и ухоженные руки были такими же красивыми, какими я видела их в окне. Когда я встретилась с ней взглядом, она жалостливо улыбнулась и сказала:

— Значит, пугаешь голубей.

Мне стало вдруг так стыдно, что даже живот заболел. Они видели, как я выкрала жука из лаборантской? Надеюсь, что нет, иначе у меня возникнут серьезные проблемы.

— Я ничего не делала, — поспешно сказала я. Голос прозвучал пискляво, и они расхохотались.

Понятно, их забавляет не то, что я сижу в траве, а я сама. Они смеялись надо мной.

— «Я ничего не делала», — передразнила вторая. — Сколько тебе лет? Ты похожа на маленькую девочку из начальной школы.

Они рассматривали мои цветные пластыри, и я снова ощутила неуверенность в себе, как в детстве. Наверное, они правы. Я скукожилась под их взглядами, стала нелепой букашкой, маленькой девочкой с исцарапанными руками, с серой тусклой кожей, как у маленького монстра, слишком долго просидевшего в погребе.

Они застигли меня в то время, когда я входила в свой маленький мир, а потому оказалась особенно уязвима и беззащитна.

— У детсадовцев в конце улицы тоже есть воображаемые друзья. Может, тебе стоит сходить и послушать, что они расскажут. — Обе засмеялись. — Сможете поболтать о своем. Только смотрите не подеритесь. Давай, иди к ним прямо сейчас! — Девушка с розой пнула мой рюкзак. Я вздрогнула и подтянула его к себе, и она больно хлопнула меня по руке. Я смотрела на нее с недоумением, не понимая, почему она так себя ведет.