Узел

Вернее, он только хочет улечься тихо, напоминая, что у меня есть не только материнские обязанности, но натыкается на игрушечное пианино Аришки, почему-то спрятанное где-то в нашем одеяле. И оно, зараза, как запоет… не на всю спальню — на всю квартиру! Услышав вой своей игрушки вскакивает Ариша, следом несется Макс. Оба они вваливаются к нам в спальню.

— Забрался муж тихонько в кровать, — давлюсь я смехом, — к жене. Спасибо, что мы еще одеты.

Смеясь и толкая друг друга, дети устраиваются между нами.

— Как думаете, торт уже пропитался? — вдруг говорит Ник.

— Стопудова пропитался! — активизируется сын.

— Давайте проверим, — соглашаюсь я, и детей тут же словно ветром сдувает на кухню. — Вот уж не думала, что бунт на корабле поднимет папа.

— Должен же я хоть что-то сладкое получить, раз секса не случилось.

— Утром, — обещаю я, накидывая халат.

— Желательно в душе, с закрытой на замок дверью и без пианино. — Ник натягивает футболку.

На кухне горит неяркий свет, Макс и Аришка уже в предвкушении стоят перед открытой дверцей холодильника.

— Кошмар какой. На часах двенадцать ночи, а мы на кухне. — Ставлю чайник и достаю чашки.

— Ничего не кошмар. — Никита принимается за разрезание торта.

— Угу. Это не кошмар, это семья…

Эпилог"

"Если захочешь победить, то сможешь.

Даже подняться, когда ломают…

Никита

Весна, когда Максиму исполняется пятнадцать лет, отмечена небывалой жарой. Царит безветренное пекло. Мы с Настей страдаем от духоты, а дети наслаждаются солнцем и теплом, давным-давно сменив куртки на футболки.

Пятнадцать лет — время, когда из мальчика рождается мужчина. Время становления натуры, нелепых замыслов, провальных планов и первой влюбленности. Время первых серьезных побед.

Мы ждем, когда судья объявит следующую пару. В зале прохладно, но от напряженного ожидания у меня вспотели виски. В воздухе стоит привычный запах пыли, выбиваемой борцами из матов.

— Интересно, вылетит Макс до финала или нет. — Аринка тоже нервничает. Без конца хлещет минеральную воду и потирает ладонями о колени.

— Не должен, — убежденно говорю я и забираю у нее бутылку, чтобы тоже смочить пересохшее горло.

— Быстрее бы все закончилось. Я уже не могу смотреть, как они друг друга в узел сворачивают.

Настя больше всех волнуется. Она вообще не любит присутствовать на соревнованиях и видеть все своими глазами, но, если есть такая возможность, обязательно сидит в зале и болеет за Макса. Ее поддержка нужна ему особенно.

— Борцу не больно, борцу приятно, — усмехаюсь, вспоминая себя в годы Макса.

Сколько всего было. Тренировки, турниры, поездки. Схватка длится всего несколько минут. За это время столько эмоций и чувств переживаешь! Бывало, такой соперник попадется, что, проведя схватку, чувствуешь себя другим человеком.