В теле пацана. Книга 5. Артефакты Дракона

— Ночлег, — отвечает Имира почтительным тоном.

— Давайте дальше поедем, — стонет «кошечка» мне в ухо.

— На пятьдесят комье в округе пусто, — заявляет старик. — А ночью в степи ящеры рыщут стаями. Лошадям вашим точно будет худо. Хлопот доставляют сколько не большие, а стаи маленьких, какие заползут куда угодно.

Ольви едва заметно передёрнуло от услышанного. А Нелли лишь оскалилась, мол, не напугаете.

В двух шатрах пологи раздвинулись, дамочки зенками дьявольскими посматривают из мрака, не собираясь, похоже, выходить. Наверняка, семейные.

В поселении преимущественно женщины, как вскоре стало ясно. Ибо местные мужики до ночи в степях на охоте.

Из третьего, самого яркого здесь шатра всё же вышла суккубка на нас поглазеть и себя показать.

Да ещё какая!

Милейший ангел с порнографическими данными высшего разряда. Ростом чуть ниже меня, не худышка, я бы сказал, местами в теле. Вместо платья две тёмные модные тряпочки до колен: спереди и сзади, бёдра округлые, аппетитные напоказ, изгибы умопомрачительные, талия узкая, женский нежный голенький животик, грудь круглая стоячая пятёрка под вуалью расположенной крест — накрест. Сосками светит с ореолами не крупными! Чуть повернулась боком, демонстрируя вызывающий рельеф ног, а главное бразильскую топорщащуюся задницу!

Если это не специально выращенная для утех клон — кукла, то я вероятно сплю! Сама красавица, словами не передать. Рожки светлые, аккуратные, на вид ей лет двадцать пять. Светло — русые волосы до задницы распущены, чёлка густой волной вперёд выдалась, как козырёк, одну сторону лица частично закрывает, ну прям мультяшка. Глаза с голубыми щёлками, что планеты Земля полусилуэты, с ресницами чёрными и закруглёнными ослепительные, жгучие. Юный румянец на щеках, кожа смуглая, идеальная. Губы наливные, в них хочется вонзиться жадно и целоваться сочно.

А смотрит так наивно и одновременно похотливо.

То ли у меня на новых красоток такая реакция, то ли в целом спермотаксикоз. Но однозначно всколыхнулось всё внутри, а не только в районе таза.

Посмотрела вопросительно с таким эротичным подтекстом, что у меня тут же в глотке пересохло.

И вернулся я вдруг к давно забытому отчаянному и горькому вкусу, когда чувствовал себя неуверенным, никчёмным юнцом перед невероятной красоткой, знающей себе цену.

Мимолётно, но до дрожащего фибрами вдоха. Так, держим лицо!

Лёгкая улыбка уголком губ, аж переворачивает всё внутри. Заметила мою оторопь?

Да… не в силах устоять перед очень красивыми, экзотическими женщинами! Но я с этим отчаянно борюсь.

— Это высшая амориска этого стана, что я говорила? — Прошептала Имира с нескрываемым восторгом.