Вечный капитан

С этим утверждением трудно было спорить. Тем более, что я сам показал дорогу фригам, взяв их на осаду Апаша. Сейчас они обитают северо-восточнее Арцавы, на южном берегу Мраморного моря. Земли там тоже хорошие, но, видимо, на всех не хватает, потому что постоянно прибывают новые фриги с северного берега, с Балкан. Народ этот дикий даже в сравнение с дорийцами и ахейцами, а значит, более отважный и напористый.

— Хорошо, сходим повоюем с ними, — решил я. — Завтра отправлю гонцов во все наши города, чтобы прислали отряды к Апаше. Они наверняка заскучали от безделья.

— Я слышал, что Пандорос тоже постоянно воюет с фригами. Предлагал ему совместно напасть, но он отказался, — проинформировал Харилай.

— Не захотел делить с тобой победу, — сделал я вывод и продолжил шутливо: — Надеюсь, ко мне снизойдет.

Правитель Арцавы отнесся к моим словам с полной серьезностью:

— Тебя он уважает, обязательно придет.

И действительно, гонец, посланный в Пурусханду, вернулся с согласием Пандороса принять участие в походе и предложением собраться в Сахаппе, откуда было ближе до основных мест проживания фригов.

Глава 86

Мне кажется, в таких городах, как Сахаппа, жизнь не меняется, не зависимо от того, кто сейчас в них обосновался. Одни племена уходят, другие приходят, а жизненный уклад остается прежним, обусловленным окружающей природой и климатическими условиями. Ахейцы и дорийцы, получившие здесь земельные наделы и дома, теперь ничем не отличались от хеттов, живших ранее в Сахаппе. Даже одеваться стали по хеттской моде. Разве что с лошадьми всё еще обращаются с опаской, но их сыновья, уверен, будут лихими наездниками.

Вся равнина вокруг города занята воинами, собравшимися в поход. Точно не скажу, но их не меньше пяти тысяч. В город воинам входить запрещено во избежание конфликтов. Хватит мне жалоб местных крестьян, у которых скот и домашняя птица исчезают бесследно и с невероятной быстротой. Несколько человек уже утонуло, собравшись искупаться или перебраться через реку не по мосту, восстановленному и укрепленному после весеннего паводка. Каждый год река разрушает мост, и каждый год люди восстанавливают его.

"Я выезжаю из города на двуколке, по мосту добираюсь до противоположного берега реки, где останавливаюсь, жду, когда меня обгонят проводники. Это два поджарых аборигена в возрасте около тридцати лет, которые зарабатывают на жизнь, охраняя купцов, торгующих с фригами. Каждому обещана доля от добычи, если таковая будет. Они ведут мула, нагруженного продуктами и одеялами. В походе каждый кормит себя сам. У больших отрядов, как милавандский или апашский, есть обозы, у маленьких возможны всякие варианты.