Вечный капитан

«Альбатрос» следовал галсами против ветра, стараясь не терять галеру из вида.

Я смотался на нее на лодке. Судно было старое, но крепкое. Везло вяленую рыбу. Наверное, на продажу племенам, живущим у Кавказских гор. Горцы с удовольствием меняли баранов и прочие свои товары на соль и соленую или вяленую рыбу. Добыча, конечно, не ахти, но и досталась нам без потерь.

До Херсонеса добрались без происшествий. Да и не от кого было ждать нападения после того, как миновали мыс Меганом, потому что на веслах галеры сидели тавры и кормчим был Бутунатос, и остальные горцы из прибрежных районов знали об этом. Их рыбаки на лодках иногда приближались к галере, чтобы перекинуться парой слов со знакомыми соплеменниками-пиратами."

"Добычу продали быстро, поскольку цену не задирали. Две трети забрал я, остальное поделил между членами экипажа. Мой заместитель Аменемуна и Бутунатос получили по три доли, «унтер-офицеры» — по две, рядовые — по одной, два юнги — по половине. Все были довольны. По крайней мере, так думал я. Вряд ли тавры получали больше с такой добычи. Во-первых, галеру они обычно разбирали на части, чтобы сделать по своему проекту меньшую и более быструю, потому что пригнать в порт и продать не могли, иначе бы их всех просто перевешали и забрали судно даром. Во-вторых, груз покупали у них по дешевке, потому что мало кто рисковал вести дела с таврами. В-третьих, участвовало в нападении раза в два больше пиратов, и соответственно доля каждого уменьшалась вдвое. После чего я дал всем неделю на отдых и доставку домой подарков, накупленных в Херсонесе на полученные деньги. Таких удачных торговых дней давно не было на нашей агоре.

57

На этот раз после мыса Мегоном я взял севернее, повел судно ближе к берегу. Чисто интуитивно принял такое решение. Хотелось посмотреть на Феодосию хотя бы издали и на другие поселения, расположенные вдоль южного берега Керченского полуострова. Разглядывать пришлось позже, потому что навстречу нам, к Феодосии, греб караван из дюжины галер. Мы шли в полборта, подгоняемые южным ветром, и только под главными парусами со взятыми рифами. Незачем пугать аборигенов своей быстроходностью. Пусть думают, что очередной «финикиец» не спеша добирается до какого-то порта Боспорского царства.

Шли мы медленно сближающимися курсами. Возглавляла караван диера длиной метров тридцать, имеющая с каждого борта восемнадцать весел на верхнем ярусе и шестнадцать на нижнем. Гребцы ее работали в более медленном темпе, чтобы не отрываться от остальных судов. За ней следовали обычные галеры с количеством весел с каждого борта от двадцати двух до шестнадцати. У кого больше весел, тот и впереди.