Вечный капитан

– Теперь буду тебя придерживаться, – поставил он меня в известность.

Я не стал отказываться. Валлийцев легче приучить к дисциплине, чем рыцарей, потому что воспринимают себя не как отдельную личность, а как часть рода, отряда, команды.

– Тогда начнем учиться побеждать, – предложил я. – Завтра с утра будем до обеда отрабатывать совместные действия конницы, копейщиков и лучников.

Я начал учить их разным видам построения: линия, клин, каре. Ставил копейщиков в две шеренги и по команде заставлял первую встать на одно колено, закрывшись щитом и выставив вперед копье на высоту груди лошади, а вторая должна была направить копье во всадника.

Задний конец копья упирался к землю и придерживался стопой. В таком положении они становились труднопреодолимым препятствием для конницы. Или в первую ставил копейщиков, а во вторую – лучников. По команде копейщики вставали на колено и выставляли копья, а лучники начинали обстрел атакующих. Когда валлийцы хорошо усвоили такой строй, ввел в тренировки конницу. Она нападала на противника, а затем обращалась в бегство, выводя погоню на лучников, защищенных копейщиками. Потом опять разворачивалась и преследовала убегающего противника. На учениях получалось неплохо.

Мой отряд расположился на скошенном поле под городом, а я жил в замке. Большая часть дня проходила в тренировках, разговорах, игре в шахматы. Виконт Генрих вынужден был остаться в Бристоле, а я – продолжать заниматься с ним. Делал это во второй половине дня, потому что первая была посвящена валлийцам. Генриху было скучно в замке, частенько по утрам отправлялся со мной. Занятия с пехотой не впечатляли его.

– Разве это войско! – фыркнул он как-то. – Вот рыцари – это да!

– С этим отрядом я разобью такой же отряд рыцарей, – сказал я.

– Не может быть! – не поверил Генрих.

– Один тяжелый кавалерист сильнее одного пехотинца, но отряд рыцарей слабее отряда копейщиков и лучников. Потому что рыцари каждый сам по себе. Удар легким кулаком получится сильнее, чем тяжелой рукой с растопыренными пальцами. – И уверенно закончил, поскольку знал, как будет дальше развиваться военное дело: – Будущее за дисциплинированными отрядами, причем пехота будет преобладать.

Армии станут регулярными, профессиональными, готовыми в любой момент выступить по приказу своего командира, а не шестьдесят дней в году, как сейчас рыцари.

Виконт Генрих выслушал меня очень внимательно, затем посмотрел на своего учителя Филиппа, который не скрывал пренебрежения к услышанному, и тоже улыбнулся снисходительно. Я не стал спорить, доказывать. Придет время, и жизнь заставит их поверить в мои слова.

Перед выходом в поход собрались на военный совет.