Вечный капитан

Вел не на пехоту противника, которая еще держала строй, а заходя ей в тыл, чтобы сначала ударить по графу Кентскому и его свите, к которой присоединились уцелевшие всадники. На правом нашем фланге также обходил пехоту второй конный клин, возглавляемый Умфрой. Между нами двигались пехотинцы. Они перешли на бег, и заорали так, будто уже выиграли сражение.

А ведь выиграли. Вильгельм Ипрский, граф Кентский, понял, что ничего ему не светит, кроме плена, развернул коня и вместе со свитой дал деру. Это увидели его пехотинцы и тоже ломанулись с поля боя. Я перевел коня в галоп, разрушая строй.

Мой клин рассыпался вширь и начал колоть и рубить убегающих пехотинцев. Я проткнул одного копьем, которое сразу выронил, а остальных порубил саблей. Догоняешь человека, конская голова уже впереди него, а он, бросив щит и копье, ломится по прямой, ничего не видя и не слыша. Только удар сабли по шее между шлемом и доспехом останавливает его. Я срубил человек пять, пока не уперся в лес. Между деревьями преследовать не стал, как и гнаться по дороге. Такой же приказ был дан и остальным всадникам, но кто-то не удержался, продолжил преследовать по дороге.

Долина была устелена трупами. Порубленные и поколотые люди валялись по одиночке. Убитые стрелами лежали плотнее, двумя широкими полосами. Мы потеряли всего двух сержантов, которые зазевались при отступлении. Тринадцать человек взяли в плен. Пятеро оказались рыцарями: трое фламандцев и двое бретонцев. Я отпустил одного пленного сержанта, чтобы передал графу Кентскому, что я жду выкуп за рыцарей по десять фунтов, за сержантов – по пять. Итого – девяносто фунтов серебра. До вечера собирали и пересчитывали трофеи, в том числе захваченные отрядом противника.

Мне досталась третья часть, которую взял лошадьми и доспехами. Остальное поделили из расчета одна доля пехотинцу, две – сержанту и оруженосцу, три – рыцарю.

Кое-что досталось и виконту Генриху. Хотя трофеи его не интересовали. Виконт прямо сиял от счастья: он участвовал в настоящем сражении! На самом деле он только помогал вязать пленных, но теперь знает вкус победы. Бойцовому псу обязательно надо выиграть первый бой. Тогда он не будет бояться драки.

– Так кто сильнее – толпа рыцарей или дисциплинированный отряд лучников и копейщиков? – задал я ему вопрос.

– Конечно, отряд лучников! – даже не глянув в сторону своего учителя рыцаря Филиппа, воскликнул Генрих. – Как они здорово стреляли! Когда вырасту, обязательно заведу себе большой-большой отряд лучников!

– Правильное решение, – согласился я.

Мы поужинали, забив несколько трофейных коз. Ночь провели посреди долины, хотя опасаться было некого. Уцелевшие только поздно вечером доберутся до Оксфорда.