Вечный капитан

На этот раз мы запаслись сеном, поэтому резали скот без спешки, по мере необходимости.

Из Кельтского моря я проложил курс сразу на северо-западную оконечность Пиренейского полуострова. Атлантический океан встретил нас приветливо. Дул сперва западный ветер, который приносил дожди и пополнял наши запасы пресной воды, затем сменился на северо-западный, довольно свежий. Наша скорость подросла узлов до шести-семи. Постепенно становилось все теплее, пока не стало совсем жарко.

На четвертые сутки в полдень я определил широту. Мы были почти на одной широте с северной оконечностью Пиренейского полуострова.

Я приказал взять левее, чтобы «зацепиться» за берег. Что и случилось к вечеру. Убедившись, что вышли правильно, взял мористее, чтобы ночью не выскочить на берег.

Утром ветер сменился на северо-восточный, балла четыре, и мы пошли на юг со скоростью узлов пять. Шли на таком расстоянии от гористого берега, чтобы он был виден тонкой линией на горизонте. Возле Порту берег стал понижаться, поэтому поджались ближе. Нам не попалось ни одного купца. Только мелкие рыбацкие суденышки, которые меня не интересовали. Что с них возьмешь?! Свежую рыбу? Проще было бы в Ирландском море наловить.

Миновав Порту, взяли чуть западнее. Здесь тоже было пусто. До широты мыса Рока – самой западной точки Европы – видели только рыбаков на коротких и широких лодках с высокими бортами и большим латинским парусом на невысокой мачте. Первое торговое судно заметили, когда проходили мимо бухты Мар-да-Палья, на западном берегу которой находится Лиссабон. Он пока что маврский город, и даже не догадывается, что скоро станет столицей католической Португалии. «Торгаш» вышел из бухты и собрался отправиться на юг, но, заметив нас, лег на обратный курс.

Я не рискнул гнаться за ним. Кто его знает, сколько и какие суда есть еще в бухте? Не мудрено и влипнуть."

"Я приказал взять мористее, там убавили паруса, переночевали, а поутру поджались к берегу. Он здесь пониже, покрыт лесами, отчего сливается с сине-зеленой океанской водой. Мы медленно, делая узла два, не больше, спускались на юг. Команда драила палубу, чтобы не скучали. Я учил своих рыцарей навыкам навигации, работе с картой. Понимали меня с трудом. Связать плоские рисунки на карте с гористыми берегами у них никак не получалось.

Немного лучше разбирался Джон, а при работе с парусами я теперь полностью полагался на него. Получится из полувалийца-полуанглосакса капитан. Его братец-близнец Джек, кстати, выкупил у меня шлюп. Ему уже тесновато в Морской, собирается перебраться в Беркенхед и завести второе судно, которым будет управлять младший брат, которого так напугало убийство отца, что ни в какую не соглашался идти в оруженосцы к Джону. Видимо, в нем, как и в Джеке, течет жидкая англосакская кровь.