Вечный капитан

Через ров был перекинут деревянный мост без перил, который не потрудились убрать при нашем приближении.

Я послал к манору разведку из пяти пехотинцев. Когда они прошли по крутому склону половину расстояния от рва к воротам, те открылись. Из ворот вышли двое стариков в рваной одежде.

– Не стреляйте, здесь больше никого нет! – крикнул один из них.

В маноре, действительно, больше никого не было. И ничего ценного. Хозяева выгребли все и уехали в Лиссабон три дня назад, как рассказали нам старики, которые раньше были рабами. Их оставили, как ненужные вещи.

Мы расположились в маноре. Я написал королю Афонсу об увеличении его королевства и предложил обменять часть захваченных нами лошадей на землю. Продавать боевых коней здесь некому, разве что врагам, а пасти такой большой табун негде. Приходится каждый день выделять до полусотни человек в пастухи, чтобы отогнали подальше, где еще есть трава.

Альмогавары, посланные к королю, вернулись с Жуаном. Чиновник рассказал, что архиепископу Паю Мендешу не удалось уговорить крестоносцев, потерпевших кораблекрушение, повоевать за правое дело на Пиренейском полуострове.

Они по суше отправились в сторону Святой Земли. Уверен, что подоспеют как раз к окончанию похода. Король Афонсу решил опереться на собственные силы и созвал ополчение. Мне было приказано ждать подхода короля с большим войском. Дальше буду воевать под его командованием.

Жуан опять объехал захваченные нами территории, нанес их на карту, разделил на три части: королевскую, мою и остальным членам отряда. Затем из королевской была вычтена цена двух сотен лошадей, которые понадобятся армии Афонсу.

Мне всего за одну лошадь, подаренную Жуану, достались самые жирные куски. Как премиальные, получил укрепленный манор. Остальное было поделено между рыцарями, сержантами, пехотинцами и оруженосцами. Поскольку на долю выпадало чуть больше, чем при предыдущем разделе, начался обмен. Каждый хотел иметь не два маленьких участка в разных местах, а один большой, поэтому земли возле Алкобаса обменивали на полученные здесь. Земли на этой территории котировались чуть дешевле, чем на предыдущей, потому что были ближе к врагу. Я-то знал, что будет входить в территорию Португалии, поэтому воспользовался разницей в цене. Не для себя, а для своих родственников. Нудд, Рис, которого я назначил кастеляном Алкобаса, и Жан говорили мне, что хотели бы остаться в Португалии. В Англии первые чувствовали себя неполноценными рыцарями. Сказывалось детство, проведенное в нищете. А здесь никто не знал об их происхождении. Принимали за типичных, грубых и невоспитанных рыцарей. Жан все время мечтал иметь свой манор. Теперь мечта реализовалась.