Вечный капитан

Только с большими потерями. В башне горел факел. Огонь освещал два трупа с перерезанными глотками на низком топчане, сколоченным из досок и покрытым соломой. А не спи в карауле! Я подошел к бойнице, которая была в сторону города. Там было темно, тихо и спокойно. Собак здесь почти не держат. За этот предрассудок мусульманам придется дорого заплатить.

Сантаренцы еще не знают, что жизнь кое-кого из них уже круто изменилась. Король Афонсу запретил грабить и убивать горожан, пообещав заплатить землей и долей из конфискованного у неугодных новому режиму. Ему нужны поданные, которые будут работать и платить налоги.

Только неугодные – собственники земли и муллы – станут утром бедными, а возможно и мертвыми. Или их обменяют на пленных рыцарей, или отпустят за выкуп. Нас это не касалось.

Пришел Джон и доложил:

– Надворотная и следующая башни наши.

– Это хорошо, – произнес я, взял из крепления факел и помахал им перед бойницей, которая смотрела на поле перед городом, где брабантские рыцари и бывшие пехотинцы, а теперь кавалейру, ждали мой сигнал.

Они поднялись на стену и разошлись по башням.

Каждый знал свое место и свои обязанности. Кто-то должен был защищать захваченные башни наверху, а кто-то внизу отбивать подходы к надворотной башне или открывать ворота в ней. Обычно проход в башне заваливали камнями, бревнами, землей, чтобы трудней было открыть ворота. Вот этот мусор и надо будет убрать. Осталось дождаться рассвета, когда станет видно, что именно убирать, и придет помощь ополченцев. Гнать их нас стены ночью я не решился. Наверняка разбудят весь город.

Я перешел в надворотную башню. Здесь трупов было больше.

Два лежали возле бойниц, где несли службу. Наверное, приняли валлийцев за своих. Трое валялись рядом со столом, за которым их застали. И здесь, скорее всего, сработал эффект неожиданности. Остальных порезали спящими.

– Вытащите трупы на стену, – приказал я.

Шестеро лучников быстро выполнили мой приказ.

Я прилег на освободившийся топчан. Ногами туда, где были головы убитых, чтобы не испачкать кровью мое сюрко. Валлийские рыцари, лучники и оруженосцы тоже теперь надели сюрко с моим гербом, чтобы их не перепутали с врагами.

Неопытные бойцы бывают страшнее для своих, чем для врагов, потому что бьют всех подряд, кто окажется перед ними. Мои воины всю дорогу к Сантарену ехали в сюрко. Надеюсь, португальские ополченцы запомнили мой герб.

Когда рассвело настолько, что можно было различить отдельные камни, пехотинцы внизу начали тихо расчищать завал перед воротами. На угловой башне вывесили в сторону поля мою хоругвь, сообщая, что она захвачена. Я вышел на стену возле надворотной башни, стал так, чтобы меня видели осаждающие.