Вечный капитан

Они выполнили приказ.

Я ударил каждого саблей плашмя по плечу и произнес самую важную в их жизни фразу:

— Встань, рыцарь!

Симона аж побагровел от счастья. Зато Эрик опешил. Он смотрел на меня, не веря в произошедшее.

— Я теперь рыцарь, да? — произнес юноша.

— Конечно, рыцарь! — радостно ответил за меня Симон.

— А как же пост, ночное бдение в церкви? — спросил Эрик.

— Рыцарем становятся на поле боя, а не в церкви, — отрезал я. — Ты стал рыцарем после взятия замка. Так и будешь всем рассказывать. Или не хочешь быть рыцарем?!

— Хочу! — искренне ответил Эрик и улыбнулся радостно.

Видимо, Брайен де Инсула наплел ему всякой ерунды по поводу ритуала посвящения в рыцари. Он любит торжественные церемонии. Странно, что у него нет детей. У меня такое впечатление, что все будущие англичане — дети Фиц-Каунта.

Мои солдаты обыскали донжон и другие строения, выгребли все мало-мальски ценное, а потом занялись разрушением частокола. Бревна стаскивали в несколько куч возле строений. Затем, ближе к вечеру, подожгли их. Большие костры горели долго. Они напомнили мне пионерский костер, который зажигали в последнюю ночь перед отъездом из пионерского лагеря.

6

Остаток лета я провел в замке Беркет. Иногда ездил на охоту или плавал на рыбалку на яле, снятом со шхуны. Ловил треску на блесну и вспоминал, как с этой рыбы началось мое движение вверх. Дальше подниматься некуда. До меня доходили сведения, что король Стефан надавил на войско Роберта, графа Глостерского. Досталось и маркизу Генриху с его анжуйскими рыцарями. Я решил не вмешиваться. Мне теперь выгоднее было, чтобы гражданская война закончилась. Богатство делает человека пацифистом.

Во второй половине сентября начали готовиться к плаванью в Португалию. Шхуна была вновь проконопачена и просмолена. Твиндек набили запасами продовольствия и бочками с водой. В трюм погрузили лошадей-тяжеловозов. Буду разводить их в Португалии вместе с арабскими скакунами. Взял и крупных собак, детей и внуков моих Гариков. В мусульманских деревнях эти животные встречаются редко, да и те мелкие, не годятся в сторожевые псы. У меня теперь много собственности, которую надо стеречь.

"Со мной отправились Ллейшон с женой, недавно родившейся сына, и пятью семьями переселенцев, которых он уговорил перебраться в Португалию, жены и дети Нудда и Риса, Симон, трое оруженосцев — сыновей замерсийских рыцарей, и полсотни лучников. Раньше у многих моих рыцарей оруженосцами были валлийцы, которых я не собирался посвящать в рыцари. Иначе потеряешь хорошего лучника и получишь плохого рыцаря. Тем более, что нужды в рыцарях у меня теперь не было.