Вечный капитан

Если я не рассказываю всё, значит, у меня есть для этого причины. Главное — взять город. Коммодор хотел что-то еще сказать, но его опередил король:

— Сегодня начнем насыпать холм.

Я думал, что работать будут только португальские солдаты, но к ним присоединились и крестоносцы, и тамплиеры. Всем надоело сидение под городскими стенами. Теперь появилась цель. Меня поразила их вера в то, что холм поможет взять город. Хотя чего ждать от людей, которые поверили, что отправляются спасать Святую Землю, а не защищать шкурные интересы короля Иерусалимского?! Насыпали холм, не обращая внимания на обстрел с городских стен и башен.

Были, конечно, установлены щиты, но они закрывали не на всех участках. Несколько человек были ранены маврскими лучниками.

На четвертый день холм стал выше стены, и я послал на него трех валлийских лучников и трех португальских копейщиков с большими щитами, чтобы прикрывали их. Мавры выпустили по ним по паре стрел — и исчезли со стены, оставив на ней несколько трупов. Только из башни продолжали стрелять, но она была метрах в двухстах пятидесяти, стрелы не причиняли вреда. Наблюдавшие за этим процессом осаждающие заорали так, будто стена рухнула, открыв проход в город.

Насыпка холма пошла намного быстрее.

Лиссабонцы быстро придумали ответный ход — ночью сделали навесы из щитов и слабо натянутого войлока, который стрелы не пробивали. Валлийские лучники встали на холме чуть ниже и стали стрелять не сверху вниз, а по прямой, поражая тех, кто появлялся между зубками или в бойницах башен. Длинные луки были дальнобойнее, мощнее. Вскоре никто не мешал насыпать второй холм под стеной города. Точнее, не холм, а насыпь, которая поднималась к верхушке стены.

Еще два-три дня — и легко можно будет попасть внутрь города. Поняли это и лиссабонцы.

В итоге мой отвлекающий маневр стал основным. После полудня алькальд Лиссабона прислал парламентеров. Они предлагали сдать город на условии, что жители уйдут, оставив осаждавшим все золото, серебро и прочие ценности. Король Афонсу готов был согласиться на такие условия. Зато большинству крестоносцев условия не понравились. Во-первых, сами жители — тоже добыча, особенно девушки и женщины. Во-вторых, осажденные наверняка унесут часть сокровищ.

В-третьих, непонятно было, кому все достанется? Скорее всего, королю и его приближенным, а крестоносцам перепадут крохи. А вот если возьмут город штурмом, тогда каждый получит то, что найдет первым, и, может быть, отдаст крохи королю. Меньшая часть крестоносцев поддерживала короля. В итоге начались разборки. Пока я с Марком и четырьмя брабантскими рыцарями добирался от своего лагеря до королевского шатра, видел несколько стычек, причем в одной участвовало человек по десять с каждой стороны.