Ведьмы, карта, карабин
Приграничье — суровые заснеженные земли, вырванные из нашего мира. Большую часть года там царит стужа, лишь в мае приходит долгожданное тепло. Но весеннее потепление обманчиво, подтаявшие днем сугробы с заходом солнца покрываются коркой льда, и столь же обманчивы улыбки и обещания. Люди не меняются. Те, кто привык убивать долгими зимами, без малейших колебаний выстрелят в спину в любое время года; нужен только повод.А повод есть. Попавшая в руки Николая Гордеева и Вячеслава Хмелева карта скрывает секрет, за которым идет самая настоящая охота. И как им быть: пытаться справиться в одиночку или привлечь на свою сторону нового игрока? Ответ вовсе не очевиден.
Или вы знаете что-то, чего не знаю я?
Я рассмеялся.
— Нет, снежная ягода не пойдет в пищу, — ответил я в общем-то чистую правду, — это по-прежнему запрещено, и вряд ли что-то изменится в обозримом будущем.
— Да мы и сами ее не едим, — фыркнул Брюхатый. — Если только совсем в какой глуши. Просто такие закупки…
— Есть ноу-хау, — спокойно заявил я, допив чай. — Есть варианты. Сейчас все упирается в конкретные цифры, поскольку уровень безубыточности достаточно высок.
Председатель сельсовета понял намек правильно.
— Вячеслав Владимирович! Никто не собирается выкручивать вам руки!
— И это правильно, Михаил Сергеевич, — улыбнулся я.
— Договоримся!
— Очень надеюсь.
— Завтра организуем встречу с бригадирами артелей, — предупредил меня Брюхатый, — подъезжайте к двенадцати. После с Тамарой Павловной обговорите возможность расширения выращивания гибридов. Если будет желание, она вас свозит на делянки. Посмотрите, как у нас все организовано.
— Тут я всецело на вас полагаюсь, — не воодушевился я этим предложением.
— Поверьте, посмотреть есть на что, — уверил меня Михаил Сергеевич и вновь взялся за телефон, набрал номер, подождал, но трубку так никто и не снял. — Нет, не вернулась еще.
— Ничего страшного, завтра поговорим.
Я поднялся из-за стола, вслед за мной поднялся председатель сельсовета.
— Пообедаем? — предложил он.
Желудок у меня давно сводило от голода, но я принимать предложения не стал и покачал головой."
"— Нет, спасибо. Надо ехать. — Меньше всего хотелось явиться завтра на встречу едва живым из-за похмелья, а не чем иным, кроме как пьянкой, предложение откушать обернуться не могло.
— Тогда до завтра! — кивнул Брюхатый и пожал мне руку.
— До завтра!
Я забрал из шкафа куртку, оделся, кивнул хозяину кабинета на прощанье и отправился на поиски Длинного, но его пикапа на площади не оказалось. Тогда вернулся в сельсовет, купил в буфете стакан кофе, пару пирожков и кусок сливового пирога.
Кофе оказался будто из детства, даже не помню, когда последний раз такой пил. Некрепкий, изрядно разбавленный то ли сгущенным молоком, то ли молоком простым, и щедро сдобренный сахаром. Мне понравилось. Пирожки с яйцом и рисом тоже нареканий не вызвали, а вот сладкий пирог я попробовал с опаской, прекрасно осознавая, что вместо сливового варенья на пропитку пошел джем из гибридных снежных ягод.
Но — неплохо, вполне ничего себе. Даже вкусно.

















