Ведьмы, карта, карабин

Я выбрал наугад один номер из кучки выписанных и продиктовал первую его часть, со страницей в атласе и координатами на ней. Смирнов начал быстро листать, явно ничего не нашел. Хмыкнул, покачал головой, но обескураженным не выглядел, лишь сказал:

— Во-от… как я и думал. Теперь давай смотри на Рудный, медные шахты. Давай цифирь.

Я опять продиктовал номера. Смирнов принялся листать, нашел нужную страницу, хмыкнул уже довольно.

— Во-от, — протянул он вновь. — А народец туда сыпался сплошь из Сибири, из Хакасии. Про город Сорск слышал? Нет? Ну откуда тебе… А там медное месторождение, медно-молибденовое, я там даже в командировках бывал, на доразведке. Так, давай угольный карьер на границе.

Я «дал». Опять перелистывание страниц, опять удовлетворенный вид.

— А тут у нас вообще угольные края. Междуреченск, Мыски — сплошной уголь, понял?

— В смысле? — уточнил я. — То есть если цифры друг на друга похожи в одном месте на карте Приграничья…

— То высока вероятность того, что люди сыпались туда из одного же места с Большой Земли, — закончил за меня Смирнов. — Теперь честно скажи: у вас дыра на Аляску далеко от Лудина?

— Не очень, — не стал я запираться. — Но и не так чтобы близко.

— Так и на Аляске не так чтобы одно месторождение нефти. Верно? Давай вспоминай, где у нас цветом дуги выделены были, и проверь, как там цифры.

В комнате висела мертвая тишина, Хмель с Милой даже не дышали, кажется. Я почесал в затылке, пытаясь вспомнить самую многообещающую точку из тех, что я раскрашивал, затем ткнул пальцем в пространство между Южными болотами и дорогой.

— Здесь. Пятьдесят шестая страница, квадрат…

— Погоди, долистаю, — прервал меня Смирнов. — Да и не надо мне квадрата. Зимнебережное кимберлитовое поле, двадцать процентов российских алмазов. Понял?

Тут все хором выдохнули. Алмазы — это уже серьезно. Алмаз тут не только за драгоценность, он самый могучий магический аккумулятор и конденсатор. С алмазом самые крутые амулеты делаются. И стоят алмазы здесь дорого. Их, кстати, где-то на Севере находят, про это я слышал. Не там ли ищут? Места вообще-то там стремные, очень стремные, для одиночки так и вовсе гиблые.

— Давай еще что-нибудь, — сказал Смирнов. — Чтобы окончательно убедиться. В другом месте.

В другом, в другом… на территории Туманного что-то было, как раз у старой железки. Перескочил туда, продиктовал цифры. Смирнов взялся за атлас, полистал, сказал:

— Поселок Советский, возле Воркуты. Поняли, нет?

— Нет, — честно ответил за всех Хмель.

— Юнъягинский угольный разрез. Уголь.

Опять пауза на переваривание информации. Затем заговорил уже я:

— Значит, так, уважаемые господа концессионеры. Никому об этом ни слова. Вообще никому. Ни Платону, ни Сане, ни Ивану.