Ведьмы, карта, карабин
Приграничье — суровые заснеженные земли, вырванные из нашего мира. Большую часть года там царит стужа, лишь в мае приходит долгожданное тепло. Но весеннее потепление обманчиво, подтаявшие днем сугробы с заходом солнца покрываются коркой льда, и столь же обманчивы улыбки и обещания. Люди не меняются. Те, кто привык убивать долгими зимами, без малейших колебаний выстрелят в спину в любое время года; нужен только повод.А повод есть. Попавшая в руки Николая Гордеева и Вячеслава Хмелева карта скрывает секрет, за которым идет самая настоящая охота. И как им быть: пытаться справиться в одиночку или привлечь на свою сторону нового игрока? Ответ вовсе не очевиден.
Выкидной нож, пулевые патроны к револьверу, набор первой помощи, таблетки на самый крайний случай, две РГД-5. На шее болтаются стянутые пока с лица окуляры, шлем на коленях, но шлем точно не забуду. Санин опознавательный талисман убрал под одежду к «Архангелу» — алхимическому амулету, который мог отвести новые пули горожан, а мог и не отвести. Но хоть какой-то шанс уцелеть помимо использования бронежилета…"
"Бронежилет, к слову, давил, не привык к его весу, и сердце тоже давило — тоже не привык. К такому вообще сложно привыкнуть. Пусть и натаскали в свое время, но все же мирный человек, а тут натурально войсковая операция намечается. Хорошо хоть самим особо геройствовать не придется, задача — до подхода собра продержаться.
Продержаться — это в идеале, если все по плану пойдет. Но часто ли все идет по плану? Законы Мерфи, чтоб их разорвало.
Ладно, в любом случае деваться некуда, придется идти до конца. Я не психую, просто мысли разные в голове вертятся. Это как перед важной встречей — так и сосет под ложечкой.
Сидевший напротив Саня перестал возиться со своим чарометом и усмехнулся.
— Хмель, ты у нас зимой и летом одним цветом. Не жарко?
Я оправил серую куртку и спокойно ответил:
— Нежарко. Подстежку снял.
— Подъезжаем, — предупредил Иван.
Я надел шлем прямо поверх лыжной шапочки, подтянул ремень и заранее нацепил на лицо алхимические окуляры. Стало светло и серо, фигуры коллег заискрили яркими всполохами магических устройств. Саня и вовсе как новогодняя елка огнями загорелся. У него в кармашках специальной разгрузки полный набор боевых амулетов. Надеюсь, до них дело не дойдет…
Выгрузились, связались с дружинниками, выдвинулись на точку встречи. Кругом — никого: ни местных, ни горожан. Просто утренний Форт, заброшенный район. Промзона, трубы ТЭЦ над крышами разрушенных домов, железнодорожные пути…
На путях нас и накрыло. На какой-то миг показалось, будто угодил в ледяной кисель, а потом мир вокруг поплыл, и потянуло куда-то вниз. Как если бы сквозь землю провалился. Но не сквозь землю, куда-то много дальше…
Окуляры вспыхнули ослепительным сиянием, я зажмурился слишком поздно — в глазах так и сверкнули звезды. Насыпь ушла из-под ног, и я повалился на землю.
— Хмель, ты как? — послышался откуда-то сверху встревоженный голос Гордеева.
— Нормально! Нормально! — Я уже сорвал с лица очки и тер глаза, но зрение толком не восстановилось, все кругом так и плыло. — Перепад поля, чуть не ослеп, искры в глазах.
Перепад — да. Присутствие магии ощущалось сейчас куда сильнее, нежели минуту назад, и на последствия переброски через портал это нисколько не походило. Пусть деталей толком разглядеть пока не мог, но слишком узнаваемыми были окрестности промзоны. Узнаваемыми — и одновременно нет.

















