Ведьмы, карта, карабин

А надо ее наклонять вперед, подставлять лоб и держать как можно ниже. Пусть бьет, это теперь его проблема. — Я вновь вздохнул. — Раз ударит, два — с третьего ты его застрелишь. Нокаут — это всегда неожиданный удар, если удара ждешь — хрен кто тебя так запросто вырубит.

— Я сумку же быструю купил, — напомнил он мне.

— А ты с ней практиковался? — Я ткнул его пальцем в грудь. — Вот только честно? Я просто уже личную статистику собрал: на тебя и раньше нападали и ты ни разу не смог вовремя вытащить ствол. Потому что он каждый раз у тебя хрен знает где и доставать ты его не умеешь.

— И что делать будем?

— Будешь ко мне на курсы ходить по вечерам. — Я убрал пистолет в кобуру и сел обратно за стол. — Потому что иначе тебе оружие просто не нужно. Я все это умею — и все равно каждый день хоть десять минут, но практикуюсь. А ты ствол купил, а стрелять не купил. Пулевая стрельба в тире «Динамо» меткость дает, но больше ничего.

Я и вправду возмутился. Ну какой смысл вооружаться, если ты это все применить вовремя не можешь? Хотел и дальше продолжать высказываться, но тут прямо у окон остановилась машина, казенного вида «Хантер» с мигалкой на крыше, следом подъехала грязная «Нива» с эмблемой «Форт-Логистика» на борту. Двери открылись, с заднего сиденья выбрался невысокий мужик в вязаной шапочке-подшлемнике, с ним вышли еще двое, вооруженные.

— Это кто?

— Гельман. — Мне показалось, что он произнес это с облегчением. — Доложили уже, значит.

Когда Гельман вошел в бар, я его узнал — видел разок на стоянке перед штабом Патруля. Он у них за зампотылу там, а теперь еще и Хмелю теневой партнер.

Подошел к столику, поздоровался, потом спросил у Славы:

— Где можешь тет-а-тет организовать?

— Пошли вниз, — сказал Хмель. — Сюда народ сейчас подтянется.

Они ушли, а я тоже сел за рапорт, попутно попивая пиво под пирожок. Все же голодный.

Хмель28 апреля, вторникЛучший способ отвлечься от нелегких раздумий — занять себя делами. Так и поступил. Поначалу просто руки опускались, но понемногу втянулся. Осколки стекла подмел и в мусорное ведро выкинул, незамеченные брызги крови подтер, сдвинутые столы по своим местам расставил. Потом приехал Иван Грачев, и мы открыли бар.

А почему нет? Нельзя от всех закрыться и надеяться, что пронесет. Не пронесет, факт.

Когда я уже позвонил плотнику и договорился о замене простреленной филенки, подъехал автомобиль Гордеева. Накормил его с Митей завтраком, рассказал о случившемся, ожидаемо выслушал кучу советов о том, как вести себя в подобных обстоятельствах.

Возмущаться нотациям не стал: если начистоту, все было по делу. Так уж получилось, что при обучении в Братстве упор делался на несколько иные вещи. Чего нам точно не преподавали — так это индивидуальной огневой подготовки. Лишним не будет.