Вероника

Вера поднялась и подошла к окну. Коли на крыльце не было. Она представила, как он ходит по ее комнате, ложится на ее постель… Оказывается, она ничего не забыла! Внутри что-то знакомо плавилось, а сердце гулко застучало, словно толкая ее куда-то.

Неужели все напрасно? Восемь лет борьбы с собой! Она вычеркивала его из своей жизни, замазывала память ощущений черной краской, чтобы и следа не осталось. Как она старалась избавиться от своего болезненного пристрастия — любви к Коле! Она изменила имидж, даже имя, и ей казалось, что она действительно справилась. Но вот он появился, сказал несколько слов, и она вновь в смятении!

Кажется, она готова бежать в соседний флигель и остаться там до утра. Хотя прекрасно знает: сделай она это, и все, что с таким трудом было достигнуто, разлетится в тартарары!

Только бы скорее вернулся Сухарев! Вера седьмым чувством знала, что под его насмешливым и все понимающим взглядом она не наделает глупостей. Пусть бы он высмеивал ее, пусть издевался, только не дал бы ей пойти в тот флигель!

Вера заходила по крошечной комнате. Ксюшка раскинулась во сне. Из-под одеяльца выбилась розовая пинетка с мохнатыми завязками. Ну почему же так долго не возвращается Егор?!

Глава 7

— Знаете, почему я подыграл вам?

— Почему же?

— Потому что почувствовал, что вам это ОЧЕНЬ нужно.

— Так, насколько я понимаю, вы от меня чего-то потребуете взамен вашей услуги?

Егор кивнул.

— Ну что ж… — Вера огляделась.

Позади нее находилась кровать, а впереди стоял Егор и выжидательно смотрел на нее. Вера неторопливо стянула футболку и осталась в прозрачном, телесного цвета бюстгальтере. Она смотрела на Сухарева с вызовом. Он не двигался. Тогда она так же неторопливо освободилась от бриджей и легла на кровать поверх покрывала.

Сухарев дернул бровями, но не двинулся с места.

Верина выходка оказалась для него полной неожиданностью. Сейчас в нем боролись два начала, и он не знал, которое одержит верх. Женщина, лежащая на его кровати, выглядела потрясающе. Она была бесспорно яркой, необычной, сильной и сексуально привлекательной. В какой-то момент он подумал, что примет ее вызов. Лети все к чертовой бабушке! А лететь было нечему. Совсем другой платы он хотел потребовать с нее за молчание.

Нет, нужно взять себя в руки. Белое плечо, оттененное темно-каштановыми волосами, жгло ему глаза. Выпуклость груди манила, а глаза… Да что там говорить, это была провокация чистой воды. Сухарев зажмурился и потряс головой.

— Вы меня не правильно поняли.

— Что?! — Женщина сначала уставилась на него, а затем расхохоталась. — Да вы просто трус!

Сухарев уселся на стол.

— Отвернитесь! — приказала Вера, точно и не она лежала перед ним голая минуту назад.

Сухарев подчинился.