Вероника

Ромка дергал его и так и сяк, заходил сзади, спереди, сбоку — безрезультатно. Инга исподлобья наблюдала за его потугами. Мышцы под его рубашкой ходили ходуном, худое тело дергалось от усилий, весь его облик выражал нетерпение и раздражение. Инга поморщилась. Он разбирал диван так же, как разжигал камин. Его нервозность и неловкость нарушали тот радужный сценарий, что сочинила себе Инга.

Теперь диван не желал ни раскладываться, ни складываться — торчал углом. На него уже невозможно было не только лечь, но и сесть.

— В конце концов, у нас есть кровать, — устав от бесполезных усилий, вспомнил Роман.

Инга начинала злиться. Ну и вечерок! Да лучше бы она провалялась дома перед телевизором или потусовалась бы в общаге у Ники!

Она надулась и уставилась в камин. Ромка уселся рядом и попытался разрядить обстановку. Вначале он гладил ее по спине, а затем сел поближе и принялся губами трогать ее ухо. Инга тихо кипела. Вероятно, он думает, что она тащится от ощущений. Его рот, пахнущий водкой, вызывал отвращение. К тому же мокрое ухо не добавляло кайфа.

— Инга, ты обиделась?

Инга молчала. Действительно, обижаться не на что.

— Тебе холодно?

Она отрицательно мотнула головой.

— Тогда, может, ты хочешь есть?

— Не хочу! — буркнула она. И угораздило же ее припереться в эту глушь с увальнем Ромкой! Здесь даже хлопнуть дверью и красиво уйти не получится — до Москвы чуть ли не сотня километров. Сиди теперь и «наслаждайся»! Что это с ней? Может, она просто нервничает? Вот уж сестра Ника на ее месте небось не терялась бы со своим Колей, наверняка весело бы провела время. Инга повернулась к Ромке и пристально посмотрела ему в лицо из-под полуприкрытых ресниц.

Ромка сглотнул, пытаясь понять ее взгляд. И понял его однозначно. Поднялся и поднял Ингу на руки.

Когда он нес ее наверх по скрипучей лестнице, она чувствовала, что нести ему тяжело, руки дрожат от напряжения и дыхание становится неровным. Она мысленного ругнула себя за излишнюю наблюдательность.

В спальне было холодно. Инга моментально застучала зубами.

— Сейчас согреешься, — пообещал Ромка.

Инга сильно усомнилась в его словах. Он включил электрокамин и стал целовать ее лицо мокрыми губами. Потом впился ртом в ее губы. Инга почувствовала лопатками ледяной холод кровати, хотя была в теплой кофте. Ромка нашел пальцами пуговицы на кофте и принялся торопливо расстегивать их, путаясь и дергая. Инга оправдала это его страстностью и попыталась помочь партнеру одной рукой. Кофту все же пришлось снять через голову. И хоть Ромка прижимался к Инге довольно тесно, она не чувствовала тепла и даже намека на те наслаждения, которые предполагались.

Только одни сплошные неудобства. Ромка оставил в покое ее губы и приступил к более интересным местам.