Волчья хватка. Книга третья
Третья книга приключенческого романа С. Алексеева погружает читателя в период, когда нападения врагов были систематическими, а любые спорные вопросы решались в поединках. Главный герой — преподобный игумен Сергий — собирает отроков в своих монастырях и скитах, чтобы возродить ратный дух и боевые искусства.Сергей Алексеев в своём романе «Волчья хватка. Книга 3» касается и других аспектов жизни аракса Ражного. Всё происходящее — это испытания главного героя: может ли он стать старцем Пересветом, чтобы принести небесный огонь, зарядить сердца и души воинов на поле брани. Таким мог быть только мужчина из рода Ражных. Для этого ему нужно не искуситься земными девами (поскольку любовь — слабое место мужчины) и упорно стремиться найти Белую Диву, которая и есть символ истины, чтобы испытать настоящие чувства, оставить потомство.То есть последнего мужчину из рода Ражных пытались вырвать из мирской суеты, чтобы воскресить ярое сердце воина, потом дополнить его женским существом, чтобы он мог продлить род. Из произведения Сергея Алексеева «Волчья хватка» вы узнаете, пройдёт ли герой путь духовного совершенства, чтобы исполнить своё роковое предназначение, которое опутано невидимыми нитями прошлого, связанного с тайнами судьбы его предка.
А великий князь и впрямь после смерти митрополита ощутил сиротство, хотя при его жизни и спорил с ними ссорился, когда тот встревал во власть мирскую. Тем паче рукоположённый ещё Филофеем, Киприан услышал колокольный звон и вознамерился немедля прийти из Литвы и покорить Москву, взять митрополию в свои руки. И патриарх его торопил вкупе с болгарским митрополитом, дескать, час пробил, ступай к стольному граду и бери на приступ.
—Тебя, князь, сейчас будут втягивать в церковную смуту, — предупредил его Сергий. — Дабы отвлечь от власти и дела, которое ты замыслил. Тебя вовлекут в борьбу, а ты встань выше.
—Киприана в Москву не пущу! — заявил Дмитрий. — И Константинополю не повинюсь. Нам след посадить своего патриарха. Но коль сейчас воевать с греками не время, митрополитом посажу Митяя. Иначе мне руки свяжут. Ты, отче, подсоби мне утвердить духовника, тебя епископы послушают. Никого более не хочу держать за своей спиной.
—След поступить мудрее, — посоветовал игумен. — Давай посадим Дионисия Суздальского. Его Макарий знает и даст добро. А сей епископ дошлый, много чего изведал, но молчать умеет. Таки избавишься от Киприана.
— Дионисий весьма охоч до власти, — воспротивился князь. — И целит он не в митрополиты, в духовники мои. Ему по нраву не митрополия, но надо мной владычество. Сему епископу только палец дай… А мне нужен владыка послушный. Тот, что не распри церковные чинить начнёт — за Русь молиться. Я бы тебя посадил на митрополию, отче, или вовсе в патриархи. Но твоё дело ныне важнее.
Князь и в скорби не загасил своей ярости.
— Не время ныне вступать в спор с Константинополем, — попробовал усмирить его Сергий. — Лучше бы потакать, чтоб подозрений не было. Весь мир встревожился, чуют, великой битве быть, коль даже почивший Алексий о том возвещал. Если епископы изберут Митяя, Макарий воспротивится.
Дмитрий лишь усмехнулся, подавляя гнев.
— А я куплю для него сан митрополита. Литва вкупе с Киевом деньги собрали, чтоб Киприана посадить в Москву. Сказывают, златом и серебром пять тысяч. Патриарх теперь ждёт, сколько я дам, зная, кого желаю зреть митрополитом. Сидит и ждёт, считает барыши. За деньги Макарий и бабу несмыслёную на митрополию посадит. Всё покупается и продаётся, отче, было бы предложение и спрос. Ты лучше меня ведаешь, что есть симония. За сан попа и дьякона и то след заплатить епископу! Псковских и новгородских стригольников еретиками кличут, а в чём суть ереси? В том, что мзду отвергают за право служить в храме?.. Не мы с тобой утвердили сие торжище, но коль оно есть, придётся нам повиноваться его уставу. Дабы не выдать своих замыслов. Только с Митяем я не серебро и злато пошлю, а чистые хартии. Сколько попросит патриарх, столько духовник мой и впишет.















