Восемь жизней

По ходу подробного и страшного повествования красивая хищная Марина листала лежащий на столе альбом с фотоизображениями успехов на разных этапах выздоровления. Света едва скашивала глаза — она знала, что эти подробности нужны только Кириллу. Лично ей интересен только «готовый артист» — та самая девочка, которую, кажется, минут через десять готовы продемонстрировать. Почему-то сильно уязвило тихое замечание медсестры, что в данном случае «продемонстрировать» — неверный термин. Дескать, сделанного монстра уже не «демонстрируешь» — его можно только «перемонстрировать» путем «гипермонстрации».

— Все, Кирюша, теоретическая часть затянулась, — бывшая супруга спокойно и окончательно припечатала ладонь к столу, стянув с нее плотно облегающую перчатку. Ведите девочку сюда или меня к ней.

— Пройдемте, — Марина поднялась с соседнего кресла и жестом пригласила гостью подняться по лестнице.

Светлане стало не по себе. Она испытала чувство тревоги, как когда-то в студенческой молодости, когда вежливая и надменная девица со средним медицинским образованием предлагала им, пятикурсницам столичного вуза, пройти в смотровой кабинет и там «отдаться» ей на несколько секунд для сдачи мазка на наличие венерических заболеваний.

Вопрос о ведении половой жизни, обязательно задаваемый перед выполнением несложной процедуры, казался покушением на тайны личной жизни, а положительный ответ — чуть ли не покаянием. Хотя умом любая девчонка понимала, что спрашивают с единственной целью — не навредить. Шагая по прочным деревянным ступенькам, хозяйка проекта не чувствовала себя уверенно и спокойно, как ей бы полагалось в такой ситуации.

Кирилл, неся под мышкой папку с записями и фотоизображениями, шел за Светой. Марина случайно или намеренно возглавляла короткую процессию."

"В комнате было сумрачно, воздух казался каким-то искусственным, слишком чистым, без примесей житейских и человеческих запахов. Бросались в глаза и кондиционер, и ионизатор воздуха, и передвижной, на колесах, излучатель ультрафиолета. Удобная кровать с регулируемыми частями и специальным нависающим палантином сияла никелем и пахла хорошим стиральным порошком. Процедурный столик был покрыт стерильной салфеткой с корнцангами, «вцепившимися» в уголки.

«Денег не воруют», — удовлетворенно отметила Светлана. Марина прервала эти размышления почти командным жестом — попросила остановиться. К кровати она подошла одна и, вынув из кармана пульт, похожий на стандартный ремоут-контрол, раздвинула легкие капроновые шторы над лицом пациентки:

— Прошу, это Наденька!

Света бодро, по-деловому шагнула вперед и отшатнулась — благо Кирилл стоял сзади и успел подхватить ее.