Восемь жизней

Петя крови не боялся, без нее, как объяснял папа, не вылечишь. Значит, они с тетей Мариной кого-то лечат. Он подошел ближе. Его заметили."

"— Сынок? Проснулся? — папин голос был слегка приглушен медицинской маской. — Иди к себе, мы с Мариной скоро закончим и навестим тебя. А пока приляг, помечтай…

Из-за взрослых спин мальчик пытался разглядеть пациента на операционном столе, но понял лишь одно — там кто-то маленький, меньше, чем он сам. И делают этому маленькому операцию на голове — операционное поле в начале туловища. Само тело больного, как и положено, занавешено зеленой тканью. Такие картинки видел любой ребенок из медицинской семьи, если ему хоть раз довелось полистать родительский журнал или учебник.

Петя не испугался. Он даже хотел сказать папе, что отправляется к себе и будет ждать. Но голос опять не повиновался, и малыш молча покинул операционную.

Бритая голова Енота с перекроенными щеками казалась странно маленькой и жалкой в сравнении с лохматым, пушистым туловищем. Операция прошла хорошо, и Марина пообещала при первой же перевязке выстричь и пробрить собаке полосы на спине и боках, чтобы, как она выражалась, добиться гармоничной внешности.

— Будет обрастать равномерно, меньше искусственности в облике — словно порода такая. Светлане твоей я лично втолкую, что дизайн внешности заключается не только в хирургическом вмешательстве.

— Ты, Мариша, — Зернов положил ассистентке ладонь на грудь, — про дизайн внешности возрастной даме не рассказывай. Она обидеться может, принять на свой счет. Тем более если комментарии исходят из юных прелестных уст.

— Не подлизывайся, халтурщик, — девушка прижала мужскую руку своей ладошкой. Устали мы, Кирюша, так устали, что ни к чему, кроме разговоров, не способны…

— Ну, это ты наговариваешь, красавица, — Кирилл жадно притянул сообщницу к себе, доказывая, что и адреналин, и тестостерон густо наполняют его кровь.

Про Петю вспомнили далеко за полночь. Заглянули в его комнату — мальчик спал, свернувшись калачиком под одеялом. Во сне он вздрагивал и всхлипывал, будто пытался проговорить свои страхи и сомнения.

— Отличный экземпляр получится, — равнодушно произнес Кирилл. — Светлана будет довольна.

— Ты, главное, не торопись. Его подкормить надо и расходить. Мало двигается парень. Свету проводим, и я им займусь. Качели какие-нибудь придумаю, мяч купим, скакалку, обруч. Иначе потеряешь его, как Надю. Кровоснабжение нарушится — и вся работа коту под хвост. Кстати, о хвостах. Я интересную методику обдумываю. Смотри — зачем пациенту все пальцы, если мы хотим сделать перепонки. Из двух средних отличный хвостик может получиться. Как думаешь?

Зернов опешил от извращенного предложения.