Восемь жизней

 — Иди сюда — вот афиша!

Действительно, один из ящиков с педалями был покрыт глянцевым листом, с которого, в точности как рассказывал Эгис, смотрели, стоя плечом к плечу, уроды: человек-дерево, подняв невообразимо изувеченные руки, человек-пузырь, на каждом сантиметре кожи которого торчали шарообразные опухоли разной величины, женщина, левая половина лица которой свисала до груди, как припухшее ухо бассет-хаунда. Лиц на втором плане Света не рассмотрела — ей стало нехорошо.

Китаец, заметив, что его гости чем-то заинтересовались, оставил свой верстак и подковылял к ним. Оказалось, он говорит по-английски почти так же хорошо, как Вовочка.

— Они сейчас выступают? — голос мальчишки дрожал от нетерпения.

— Конечно. Что ж они есть будут, если выступать перестанут? Они всегда выступают. Только не для всех…

— Умерь пыл, Володя, — прошипела Света, верно оценившая любезность хозяина, — а то мы эти билеты у него не выкупим — такую цену заломит. У меня наличных с собой мало.

Но аппетиты китайца оказались более чем скромными — он назначил по полтиннику американских денег за билет. Света, не торгуясь, согласилась. Старик попросил прийти к нему завтра к пяти, а к шести он лично сопроводит их на представление. Только деньги вперед…

— Сотку и деньгами-то называть стыдно, — подумали тетка с племянником, но владелец веломастерской в Глодаке так не считал — туристы переплатили втрое против настоящей цены, и, похоже, он все-таки продешевил.

Глава 6

Мама Лиза отлично провела время в отсутствие деятельной мужниной золовки и собственного сына. Вернувшиеся родственники разбудили ее, в буквальном смысле вытряхнув из гамака на песочек кремового цвета. Вытряхивал, конечно, Вовка — Света сама не стала бы ронять выпившую женщину под пальму, чтобы прокричать ей на ухо: — Мы завтра идем в цирк. А ты остаешься — тебе билет не купили!

— Слава богу, — пробормотала Лиза, миролюбиво потягиваясь. — Светик, он с тобой идет или нашел другую компанию?"

"— Со мной, со мной, он же ребенок еще.

— Но ты-то не дитя — по циркам расхаживать, тем более ездить в душную Джакарту из этого рая. — Лиза обвела глазами пляж и вопросительно склонила голову.

— Не злись, Лизок, у меня своих наследников нет, так я уж с твоего разрешения Вовиком попользуюсь. И ты передохнешь, и я порадуюсь. С годами, знаешь, тянет к детям. Бог не дал своих, а Ванины меня не больно жалуют. Они за маму в большой обиде. Слушай, — тут Света понизила голос и убедилась, что Вова уже плещется в прозрачном прибое Яванского моря, — а ты с Витиной старшей дочкой как? Общаетесь?

Лиза выпучила глаза и протрезвела в одну минуту. Ни о какой старшей дочке за тринадцать лет прочного брака она не слыхала.