Восемь жизней

Денежному туристу они в мировых столицах примелькались… А «люди-нелюди» с ветвистыми конечностями и оплывающими лицами привлекут кого угодно. С русских станется на выходные кататься с северных, восточных и западных окраин. Гостиницы не будут пустовать, зря Ваня тревожится… И столь любимая им дорога в Грушевую Поляну не в убыток будет вагоны гонять, не с тремя пассажирами…

Жена розовела от восторга, когда развивала эту идею и настаивала поучаствовать в тендере на участок под объект олимпийской культурной программы. Она была яростной и неистовой, доказывая сомнительную, по мнению Ивана, целесообразность вкладывать средства в здание для ненабранной труппы. С другой стороны, он мог себе это позволить, понимая, что, если Света не наберет желанных ей артистов особого толка и внешности, он заполнит брешь, наняв любого популярного импресарио. На длинноногих пышногрудых кошечек публика пойдет не хуже, чем на обиженных природой и судьбой калек.

Племянник, Витькин сын, узнав, что тетя Света планирует набрать собственную труппу сродни джакартской, включился в активный поиск. Каждый день часами болтал с теткой по скайпу, устраивал веб-свидания, развесил осторожные объявления на бесчисленных форумах. Откликались проходимцы, сумасшедшие и работорговцы. Первые и последние называли немыслимые цены за неинтересные и нестрашные дефекты, присылали фотокарточки, на которых только ребенок не узрел бы усилий графических редакторов, типа Photoshop. Безумцы предлагали обратиться к божествам или совокупиться с инопланетянами, утверждали, что имеют положительный опыт рождения получеловеков. Все это было несерьезно. Отдельно Светлана рассматривала заявки от странствующих циркачей, уже имеющих драгоценных артистов в своем «штате». Таковых нашлось немало, и желание повеселить Олимпийскую деревню у них было настоящее. Но эти гастролеры, в большинстве своем состоящие из так называемых маленьких людей, не годились на роль сенсации. Любители антропоморфной экзотики уже пресытились и низкорослыми акробатами, и клешнерукими жонглерами, и рудиментарными хвостами, торчащими из дырок в штанах. Все мало-мальски страшные уродства, ставшие предметом демонстрации, оказывается, давно имели хозяев. Необычные руки, ноги, глаза и кожа продавались так же бойко, как сильные красивые голоса, гибкие спины, растянутые связки и сухожилия. Импресарио, или, как теперь их называли, продюсеры, были не только у оперных певцов, балетных танцоров и олимпийских рекордсменов… Агенты продавали очень молодых или очень старых, очень тонких и очень толстых, одаренных талантом или наглостью.