Возвышение Меркурия. Книга 4

Он буквально запекал энергетические каналы цели, поджаривая плоть врага при помощи его же силы.

Только я вложил в него столько мощи, что хватило бы на уничтожение доброй полусотни сатиров. И дополнил это Мьёльниром, который стремительно рванул к распахнутой пасти Дурнгаала.

Перемахнуть на соседнюю крышу всё равно пришлось — змей пусть и взревел от боли, но тем не менее обрушился на постройку, которую я занимал ранее, превратив её в груду камней.

Мой каменный спутник тянул мою силу с такой скоростью, как будто собирался создать собственный небольшой мир.

Но я хорошо чувствовал его удовлетворение — дела у Мьёльнира явно шли неплохо.

Через секунду, змей выплюнул его вместе с десятком своих зубов, ошмётками плоти и новой порцией разъедающей всё на своём пути субстанции. Живучее Бездново отродье.

Ястреб рванул было к его пасти, намереваясь повторить манёвр соратника по оружия, но змей отбросил его в сторону ударом хвоста. А потом увернулся от Мьёльнира, который принял форму дротика и пытался впиться в громадный жёлтый глаз цели.

В процессе, громадная туша забыла о своём главном противнике, чем я не преминул воспользоваться.

Предыдущий удар лишь повредил часть его тела, не нанеся критического урона. Потому я здраво рассудил, что стоит изменить тактику и ухнув вниз с крыши, большими прыжками помчался к врагу.

Параллельно напитал божественной силой сразу три артефакторные гранаты, которые прихватил с собой. Теперь руны на них сияли настолько ослепительно, что пожалуй оружие можно было продавать в качестве ночников. И спальню осветят, и отбиться от врагов, в случае чего, помогут. Ну а в крайнем случае, смертные смогут подорвать себя вместе с домом и соседями.

Нет у них большего счастья, чем в последний момент подгадить ближним своим.

Змей мой манёвр воспринял вполне однозначно — постарался разорвать дистанцию и снова плюнул сверху.

Меня накрыла волной вонючего яда и аурой разложения, которая просадила кольчугу на две трети. А рядом мелькнула фигура Сандала, что забрал все три гранаты, переведя их в призрачное состояние.

Манёвр стоил мне солидной порции божественной мощи, но зато змей не заметил небольшого изменения диспозиции. Для пущего эффекта, наверх снова устремился Мьёльнир, который повторно попытался добраться до глаза врага.

В этот раз чуждое божество встретило его ударом головы, отправив спутника в далёкий полёт.

А через пару секунд я снова ударил. На этот раз чистой божественной силой. Не оттиском, а мысленной комбинацией, которая превращала меч в куда более дальнобойное оружие — вперёд устремился поток ослепительной энергии, что превратилась в своего рода продолжение оружия. Только вытянулась на десятки и десятки метров.