Вперед в прошлое 2 (СИ)

Как на нее никто не напоролся! А мы, выходит, слетели с дороги в лесопосадку, хорошо не в обрыв.

Пока народ приходил в себя, я, хрустя стеклами и ветками, шагнул к корчащейся от боли старушке, заглянул под сиденье. Нет, ее нога не зажата, просто неестественно вывернута, а рядом валяется авоська, откуда выкатилась картошка. Пострадавшая нашла удобную позу, перевалившись через спинки перевернутых сидений, и ее лучше не трогать, чтобы не навредить еще больше. Я потянул на себя авоську, отдал второй старушке.

— Ваша?

Она прижала ее к груди и принялась там рыться.

Зазвенело разбитое стекло. Ну наконец-то кто-то решился! Толпа колыхнулась, подавшись на звук. Я встал на цыпочки и увидел, что выбили стекло возле задней двери, и сейчас туда лез парень в черном спортивном костюме. Вылез, ногой оббил осколки, уселся на дверце, помог еще одному мужчине, и они начали по одному вытаскивать пассажиров.

Все дисциплинированно двинулись к спасению, передали плачущего ребенка лет пяти, проволокли мимо бесчувственную бледную женщину. Еще ребенок, снова женщина, ее ноги не двигались, волочились по битому стеклу. Видимо, сломан позвоночник. Пройти можно было только по стеклу, и раненые пассажиры — кто хромой, кто с разбитым лицом, кто скрючившийся — двигались мимо нас, а мы не спешили, первыми выпускали тех, кто пострадал. Каюк смотрел на них круглыми глазами, его только сейчас мелко затрясло.

Издали, все приближаясь, донесся вой сирены, и вскоре мужчин, сидящих на дверцах, сменили пожарные. Дело пошло быстрее.

Мы с Каюком эвакуировались только минут через пять. Когда вылез, я увидел, что автобус перевернулся на повороте и уперся в деревья, снеся ограждение, а с другой стороны проезжей части стоял покореженный «жигуль», врезавшийся в столб. Тела водителя и пассажира, накрытые простынями, грузили в труповозку.

— Вот черт, на встречку выехал на повороте, — проворчал я. — И себя угробил, и нас чуть не положил.

Подъехала «скорая», один медик рванул к женщине, которая без сознания лежала на придорожной траве, второй — к девушке с поломанным позвоночником.

И что это было? Гомеостатическое мироздание сопротивляется мне и пытается отторгнуть чужеродный элемент, затянув в образовавшуюся воронку еще десяток жизней? Или эта авария была и в моей ветке реальности, просто мы оказались не в том месте и не в то время?

— Идем? — Юрка потянул меня за руку. — Нам далеко еще? Или проще другой автобус ждать?

— Километра два, наверное. Не хочется ждать. Да и в автобус не хочется.

— Или посмотрим, есть ли трупы?

— Есть, вон в той машине. Хватит глазеть. Ходу."

"Минут пять мы шли молча. Юрка сосредоточенно сопел, а потом вдруг спросил:

— Как ты узнал?

— Что? — не понял я.

— Про аварию.