Мои

— Тагир Хасанович… — немного растерянно блеет нам вслед управляющий, топая за нами, но перед дверью его тормозит понятливый и привычный ко всему Миша:

— Стоять. Тагиру Хасановичу надо поговорить с девушкой.

— Но…

— А мы тут поговорим. Что ты там хотел спросить?

Дальнейшие звуки от нас отрезает наглухо закрывшаяся дверь.

Хм-м-м…

Хорошая звуконепроницаемость. Хотя, даже если б тут картон стоял, мне было бы откровенно плевать.

— Тагир! — Аня приходит в себя и дергается, пытаясь вырваться, — ты с ума сошел, что ли? Что ты тут делаешь вообще?

— У меня тут встреча, — коротко информирую ее, не собираясь даже реагировать на нелепые и всегда заводившие меня сверх меры попытки освободиться.

— С кем? — Аня все еще не понимает, как сильно попала сейчас, и пытается бодриться и бороться.

— С тобой, — говорю я и притягиваю ее к себе, чтоб наконец-то сделать то, что хотелось с того самого момента, когда увидел ее, растерянную, замершую около дверей салона красоты. Поцеловать.

И словно небо на плечи падает, настолько все вокруг теряет цвет и фокус!

Ничего нет сейчас вокруг нас.

Никого. Ни одного звука, ни одного светового пятна.

Только черная, абсолютная, сводящая с ума своей жадностью и вседозволенностью жажда.

Я хочу эту женщину.

Всегда хочу.

Постоянно.

И когда началось это безумие, я точно знаю.

В самую первую ночь, когда только привез ее и Ваньку в свой дом.

Мы тогда, после “знакомства” с Тамарой Пересветовой, попрощались с Аней и нисколько не удивленным таким решением пацаном, и погнали на всех парах в лабораторию.

Понятное дело, что экспресс-анализ на ДНК делается не за пару часов, потому требовалось время.

И я его не собирался терять.

Если пацан мой, то жить он будет у меня. Это без вариантов. В тот тараканник, к пьяной бабе, которая его родила, он точно не вернется.

Это если мой.

А если не мой… О-о-о… Тут море вариантов, на самом деле. Кто прислал, кто навел, кто нашел такого похожего? И бабу эту, совершенно пьяную, это было очевидно, что не играла она, но меня сходу опознавшую.

И кому это надо?

И для чего?

Хотя, на два последних вопроса у меня были примерные ответы.

У меня как раз наклевывался серьезный бизнес с заходом через местную администрацию… И мосты там были наведены давно и прочно, и люди прикормлены, так что местное советское наследство, завод по переработке щебня, до сих пор перебивавшийся лишь подачками от государства, должен был в скором времени перейти ко мне.