Взаимность на счастье

Выведенная мной на эмоции, она подтвердила мои догадки, что причина побега Софии может быть в чем угодно, но не в воссоединении с кем бы то ни было.

– Поссорились? – усмехнулся я, – Теперь это так называется? Он чуть не угробил ее и сына!

– Мало ли что послужило причиной, – занервничала тетка, понимая, что я знаю больше, чем она рассчитывала, – Молодыми были, любовь и все такое, а потом он совершил ошибку…

– А дальше? – уже откровенно развлекаясь на ее потуги, поинтересовался я.

– Ну она и порвала с ним, – бегая взглядом поверх меня, продолжила сочинять женщина.

– А Ваня?

– Ну, позже выяснилось, что она беременна, – кивнула она, – А гордость и обиду свою переступить не могла. Вот он и старался, как мог… А потом сорвался, и… Ваню чуть не угробил… от отчаяния это.

– И уехал тоже от отчаяния? – с иронией уточнил я.

– Вина, наверное, его мучила, вот и уехал, – пожала плечами тетка, а мы обменялись с молчащим Гришей понимающими взглядами. Да по тетке театр плачет. Ну или дурка…

– А сейчас вина иссякла? – спрашиваю, стараясь сдержать злость.

– Да любят они друг друга, давно любят, – запричитала тетка, изобразив вселенскую тоску, – Софочка даже чуть в психушку тогда не попала, так тосковала по нему. Психолог помог ее из депрессии вытащить, а я на себя уход за Ванечкой взяла.

– Угу, – кивнул я, и протяжно вздохнув, выдал, – А как же так получилось, что первым ее мужчиной стал я?

Лицо тетки вытянулось, и нервно поправляя волосы она опять заметалась по комнате, сложив руки на груди.

– Ну, вы прям как маленький, – продолжила свое сольное выступление тетка, – Сейчас подобные операции за полчаса делают. Ну захотелось ей так…

– Вот оно что, – притворно удивился я, изображая шок и оскорбленное самолюбие, – А строила из себя невинную и обиженную жизнью овечку.

– Да-да, – поддержала мое возмущение тетка, проникшись видимо сочувствием, – Она ведь чуть от Ванечки не отказалась. Если бы не я, кто знает…

– А зачем вы отозвали заявление о нападении? – продолжил прощупывать важные версии головоломки.

– Ну так, она настояла на подаче, – недостаточно уверенно выдала тетка, – А мне его жалко стало. Ведь отец же. Зачем жизнь ломать. И она бы пожалела.

– Понятно, – опустил взгляд, разочарованно вздыхая, – Зря я приехал, выходит.

– Вы не расстраивайтесь, Мирон, – воодушевилась тетка, – Встретите еще свою любовь.

– Она мне совсем все по-другому рассказывала, – обиженно пробубнил я, – Я думал, все взаимно.

– Да ну, – махнула рукой тетка, – Врушка она обыкновенная, ну… вернее путает иногда реальность с вымыслом. Психолог тоже так говорила.

– А Ваня как же? – встрепенулся я.

– Вот и я говорю, – закивала тетка, – Нельзя ей ребенка доверять. Я уж постараюсь Ваню оградить от всего этого.