Взаимность на счастье

– Ваша… ну, ваш биоматериал, – заикаясь начала она, – Выяснилось, что пять лет назад лаборант случайно уронила контейнер, но забыла сообщить в договорной отдел.

– И-и? – растерялся я, а Гриша, нахмурившись, подался вперед.

– Ну, вы же оплатили пятилетнее хранение, – виновато отозвалась она, – А хранить-то оказывается было нечего.

– Что?! – выпалил я.

– Мы вам все возместим, – вкрадчиво намекнула доктор, – Только не волнуйтесь, пожалуйста.

– Кто тогда работал в лаборатории? – прорычал Гриша, а я шокировано замер, боясь анализировать, какие выводы он мог сделать.

Глава 24

Мирон

– Кто тогда работал в лаборатории? – прорычал Гриша, а я шокировано замер, боясь анализировать, какие выводы он мог сделать.

– Я не в праве разглашать подобные сведения, – строгим, и вмиг изменившимся на официальный тоном, ответила доктор.

– Мирон Егорович, – злорадно протянул Гриша, – Это же какая удача, что ваш юрист всегда с вами.

– Вы? – в удивлении вскинув брови, пролепетала женщина, ощупав Гришу с головы до ног оценивающим взглядом, а он понимающе хмыкнул.

– А что вас смущает? – подмигнул он покрасневшей врачихе, – Или для высшей квалификации мне не хватает пивного пуза и лысины?

– Просто… – замялась женщина, явно подбирая слова, – Мне нужно переговорить с главным врачом.

– Переговорите конечно, – с иронией в голосе предложил Гриша, – А мы пока обсудим детали иска и размер компенсации. Ах да, еще в пару крупных газет наберем, они любят подобные истории.

– Да погодите вы с иском, – умоляюще протянула доктор, – Мы один из крупнейших медицинских центров столицы. Уверена руководство найдет выход…

– А пока вы ищите выход, – зловеще проговорил Гриша, многозначительно кивнув на дверь палаты, – Мы уже завели дело на одну из ваших сотрудниц, работающую здесь много лет подряд. И подозреваю, список может значительно расшириться…

– Я сейчас вернусь, – проблеяла доктор, пятясь к двери, – Подождите пожалуйста.

– Ты думаешь, что… – не веря прохрипел я, заторможенно переведя взгляд с закрывшейся двери на жутко довольного Гришу.

– Почти не сомневаюсь, – усмехнулся он, – Какой там сын должен был расплачиваться за ошибки своего отца? Напомни, что Елена сказала про близкого друга Романа?

– Ваня… – задыхаясь и пытаясь осознать невозможное, забормотал я, – Ванечка мой… мой сын… Ваня мой сын… И София моя… О, боже!

– По-моему, все более чем прекрасно, – расплылся в улыбке Гриша, – Тут маме Лене даже спасибо можно сказать. Как думаешь?

– Иван Миронович, – рассеянно произнес я.

– Звучит, – подняв большой палец вверх, улыбнулся друг.

– Может мы торопимся с выводами? – боясь поверить и теперь уже боясь, что это окажется неправдой, прошептал я.

– А выводы проверим, – невозмутимо кивнул Гриша.