Замок из песка

 — Что молчишь? Язык проглотила?

Я испуганно кивнула. Мне, конечно, хотелось объяснить строгой тетеньке про экзамены, а не про язык, но получилось наоборот — глупо и, наверное, смешно, потому что девочка возле фикуса сдавленно хихикнула. Однако женщина даже не улыбнулась.

— Если еще раз мне на тебя пожалуются, — она легко и изящно указала рукой на исполненную важности вахтершу, — то я сделаю так, что в училище тебя не примут никогда. Запомни сама и передай маме!

Кивнув головой, словно поставив точку, она быстро пошла обратно к «вертушке», дробно стуча каблуками. Мне было ужасно стыдно и хотелось плакать. И, наверное, я заплакала бы, если б не услышала у себя за спиной ехидное:

— Что, попало, да?

— И ничего не попало! — Я обернулась. Вертлявая девочка стояла рядом, уперев руки в бока, и глядела на меня с насмешливым сочувствием.

— Попало-попало!.. Но ты не расстраивайся! — Она неожиданно дружелюбно улыбнулась, отчего на ее розовых щеках проступили маленькие ямочки. — Может, она еще забудет. А тебя как зовут?..

Через пять минут я уже знала, что мою новую знакомую зовут Света Томилина, она уже четыре года занимается танцами, и у нее «превосходные данные». Причем «превосходные данные» Света выговорила с явным напряжением и гордостью.

Мы увиделись снова через два дня. Сразу после подготовительного тура. Новая приятельница шла по улице за руку с мамой, тщательно разворачивая ступни носками наружу."

"— А у меня тоже оказались «превосходные данные», «правильное сложение» и «продолговатый тип»! — радостно выпалила я, едва поравнявшись со Светой.

— Ну и что? — Та скептически наморщила носик. — На подготовительном туре только уродцев и «жиртрестов» отсеивают! Это еще и не соревнование вовсе!

В том, что такое настоящее соревнование, мне предстояло разобраться через три дня…

Я сразу поняла: «Вот оно! Началось!» — едва поднялась на второй этаж училища. Юные абитуриенты вместе с мамами жались вдоль стеночек и переговаривались испуганным шепотом. Народу было много, причем девочек значительно больше, чем мальчиков. Периодически белая дверь в конце коридора открывалась, оттуда выходила женщина и называла чью-нибудь фамилию. Названный испуганно ахал и торопливо шел на экзамен.

Вообще-то я ехала в училище в довольно спокойном расположении духа, но через пятнадцать минут стояния у стены мои коленки начали ощутимо подрагивать. И тут снова словно из-под земли возникла Света Томилина.

— Привет! — Она склонилась передо мной в реверансе. Видимо, уже репетировала свое появление в «страшном» кабинете. — Трусишь, да?

— И ничего не трушу! — Я презрительно наморщила нос, а бабушка тихонько улыбнулась.