Замок из песка

Следовательно, не только к первому, но и ко второму действию я уже не успевала. И все же кинулась в метро, надеясь увидеть Алексея хотя бы в финале. Надо ли говорить, что и электричка в тот день тащилась медленнее, чем обычно, и бабульки раздражающе мешкали у раздвигающихся дверей. Но окончательно доконал меня невысокий парень в черной кожаной куртке. Ничего бы не случилось, если б он передвигался, как все нормальные люди, по правой стороне. Но он, наверное, куда-то спешил, вклиниваясь во встречный поток. Я заметила его только тогда, когда рукава наших курток сцепились. Я дернула в свою сторону. Он — в свою. Ничего не изменилось. Мне стало ясно, что «авария» гораздо серьезнее, чем казалось на первый взгляд. Видимо, ветхий бархат моей парки расползся под напором его металлической пуговицы, образовав что-то вроде петли. И теперь придется выколупывать его чертову пуговицу из моего манжета."

"Порванную парку было жалко. И, кроме того, перед глазами тотчас возникло видение: мой Алексей уже готовится к последнему на сегодня выходу на сцену, а я, как идиотка, торчу в метро и нелепо дергаю рукой, пытаясь освободиться… Видение было красочным и жалостливым. Поэтому я не стала дожидаться, пока парень своими длинными пальцами добудет драгоценную пуговицу из недр моего рукава, а просто еще раз с силой дернула рукой. Черно-золотой лоскутик бархата тут же повис, как язык страдающей от жары собаки. Мои ноги уже несли меня вперед, к эскалатору, но я все же не упустила возможности на прощание гневно завопить:

— Ты, вообще, имеешь понятие о правилах движения? Мало того, что несешься по встречной полосе, так еще и руками машешь, как сеятель!

Сравнение с сеятелем показалось мне чрезвычайно остроумным, и я, довольная собой, сначала даже не поняла, что мне показалось подозрительным в облике парня, поднявшего голову. И только потом, уже доехав до турникетов, еще раз представила себе широковатые скулы, прямой нос с глубоко вырезанными ноздрями, достаточно неволевой подбородок… Да, у него были странно светлые, по сравнению с темными бровями, ресницы, и брови эти, едва намеченным штрихом, сходились над переносицей, и глаза оказались прозрачными, как застывшая смола. И еще эта дурацкая спортивная сумка через плечо… Но черные, со стальным отливом волосы, но эта манера улыбаться смущенно и как-то виновато!

«Леша?!» — спросила я у самой себя. Поспешно и суетливо обернулась, но парня уже, естественно, и след простыл. И тогда я ответила себе: «Леша, идиотка!»

Если бы кто-нибудь сказал раньше, что обыкновенный сценический грим может сыграть со мной такую нелепую шутку, я бы не поверила. Однако факт был налицо: я видела земного, настоящего Иволгина и не узнала его.