Недотрога для тирана (СИ)

Каз-зел!

И свалить из офиса некуда: новых проектов нет, и слава богу, а на текущий объект я не поеду и под дулом пистолета. План по позору я перевыполнила на ближайшие восемьдесят лет.

Коротая время, тянущееся как старая жвачка, я раскладываю пасьянс за пасьянсом, кидаю шарики из бумаги в Антона и мысленно упражняюсь в обзывательствах.

Объекты для приложения фантазии чередуются: Юдин, Алсу, Пашенька и, собственно, я сама.

Вот, блинский блин!

Вспомнила юность. Я так со студенчества не отжигала, думала, что всё уже, взрослые люди не творят херни.

Ан нет! Двадцать четыре еще не предел.

Хорошо, брат не знает о моих выкрутасах. Этот ни в жизнь не упустит возможность потроллить. Черт, нужно сегодня платье из химчистки забрать.

В гребаную пятницу гребаная свадьба, и Калинкина меня куда-то вписала.

Бесит все.

Я ведь еще по дороге на работу звонила Алсу, чтобы узнать, жива ли она вообще.

Какой-то небритый мужик, с которым отпустил ее Юдин, не вызывает у меня никакого доверия.

Доведя меня почти до инфаркта, свежепоименованный абонент «Алзде» берет трубку не сразу.

Наконец, услышав в трубке долгожданное сонное «будьте вы все прокляты», я спрашиваю эту козу:

– И как тебе совесть позволяет спать, стервь?

– А чего?

– Ты бросила меня на Юдина! С какой, скажи мне, стати вы привезли меня к нему?

– Мы? – возмущается, видимо, проснувшаяся хозяйка синей ямы. – Я, конечно, многое помню довольно смутно, но нести справедливость в массы требовала именно ты.

– Какую нахрен справедливость?

– Этого я не помню, но тогда казалось логичным, что Мишель должен страдать.

– Этот хрен даже выспался, а страдаю именно я! У меня болят голова и жопа!

– Слушай, последнее, что я помню, это твою исповедь про ваши с Юдином непонятки! Мы поцапались, помирились, решили, что нам надо бы все-таки закусить и поехали за лучшим в городе хачапури в «Дом Нино» …

Я вздрагиваю, припомнив, как дома доставала хачапури по-аджарски из сумочки. Хозяйственная я гостинчик-заначку сунула в сумку как есть, даже без пакета, и яичный желток затек абсолютно везде.

– А там была свадьба, – продолжает бубнить Алсу, которую, похоже, опять клонит в сон. – Кто-то сказал: «Садись, гостем будешь!». Всё. Дальше я ни гу-гу. Так что не надо валить с больной жопы на здоровую!

Я замираю.

Я вчера еще и исповедовалась?

То есть Алсу знает все? Или не все?

И как она мне глаза не выцарапала?

– И… э… как ты относишься к моим откровениям? – напрягаюсь я.

Близкой подругой я Алсу пока назвать не готова, но вот врагом я ее иметь не хотела бы. Гиперактивная и темпераментная она способна испортить мне жизнь так, что проще свалить в другой город.

– Прямо сейчас мне абсолютно плевать, – честно признается Алсу. – Высплюсь и решу.