Зеленоглазая для магистра. Неукротимые чувства

Одно дело любить и не видеть любимую, а другое, когда постоянное напоминание о ней находится у тебя под носом, на твоем факультете. Я вытерпел столько, что и врагу не пожелаешь, но любому терпению приходит конец. Выход есть только один — мне придется вернуться на земли эльфов, потому что я устал жить в мучениях.

Понимая, что предстоит непростой и неприятный разговор с ректором Тарианом, я мысленно настраивался на него, ожидая, когда все магистры оставят нас с ним наедине.

— Ты что-то хотел? — вскинул брови глава академии.

— Да, — кивнул, набирая полную грудь воздуха, — я понял, что не готов взять на себя такую ответственность, как обучение адептов боевому искусству, поэтому…

— Испугался? — хмыкнул водный маг, своими глазами словно смотря в самую душу.

— Ответственности, — вновь повторил я, стараясь обойти неприятную для меня тему и скрыть истинную причину своего решения покинуть пост главного боевика.

— Ну, Асирию можно и так назвать, — пожал плечами ректор, в то время как мое сердце больно сжалось.

«Кого я пытаюсь обмануть? Тариана? Да он после того случая с паукообразной тварью стал настолько проницательным и дальновидным, что многие даже в глаза ему смотреть боялись»."

"— Сколько ты намерен бегать, Салдер? — вздохнул глава академии, по-отцовски похлопывая меня по плечу. — Боль нужно просто пережить. Поверь мне, мужчине, испытавшему это на собственной шкуре.

— У меня нет больше сил бороться с этим… — тихо произнес, желая хоть кому-то уже высказаться, потому что таить все в себе было очень сложно.

— Сдаются только слабаки, коим ты никогда не являлся, — печально улыбнулся глава академии. — И вообще, отпустить тебя я не могу. Начнем с того, что в договоре установлен минимальный срок, который ты просто обязан отработать…

— Сколько? — перебил я, чувствуя, что как раненый зверь попал в капкан.

— Так полгода, — хмыкнул ректор Тариан. — Вот через полгода придешь и все обсудим, Салдер!

Усмехнувшись, грузный мужчина покинул аудиторию, оставляя меня утопать в собственном бессилии.

«Что ж! Полгода, значит полгода! А потом я навсегда покину земли Ронарии!»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ 2

Не на ту напал

Асирия

Не понимала, что именно меня возмущает больше — преуменьшение моих боевых навыков или негатив, исходящий от лучшего друга моего отца, про которого он до сих пор рассказывает с улыбкой на лице.