Жаба с кошельком

Даша с Маргошей сами явились!

– Я ничего не просила, – быстро сказала парикмахерша, – Дашка меня поволокла, я не хотела, мне худеть не надо, не знаю, что ей в голову взбрело.

Буря негодования схватила меня. И это говорит женщина, от которой, насмехаясь над ее внешним видом, убежал муж? А я еще собиралась ей помочь!

– Мы великолепно поняли, что причина всех неприятностей кроется в матери, – заявил Аркадий.

Глава 21

Я обозлилась до предела, нашли виноватую! Кто бы сомневался, что ею окажется Дашутка! Ну почему я всегда стою первой в очереди за пинками? Отчего именно мне достаются все колотушки? Причем так было всегда, я признавалась виновной во всех грехах, и не только дома!

Как-то раз в наш институт, между прочим, технический, где я преподавала никому из студентов не нужный французский язык, пожаловала делегация иностранцев.

Это сейчас англичанами, немцами, американцами и прочими никого не удивить, но в те времена визит людей «из-за бугра» был чем-то невероятным. Шел 1980 год. Если кто забыл, напомню, именно тогда в Москве происходила Олимпиада.

Зачем спортсменам в качестве культурной программы предложили поездки по учебным заведениям столицы СССР, я не знаю, но к нам собрались прибыть американцы, немцы, французы и японцы.

Наш ректор, Григорий Семенович, существо боязливое и одновременно властное, решил устроить феерический праздник. Две самые красивые студентки, обряженные в сарафаны и кокошники, должны были поднести гостям хлеб-соль. Когда те возьмут каравай, в дело включатся мальчики в тельняшках, широких брюках и сапогах, им вменялось в обязанность исполнить танец «Яблочко», затем гостей намеревались провести по институту, показать концерт художественной самодеятельности, а потом в столовой предстоял банкет в стиле «рашен клюква»: водка, соленья, блины… На преподавателей иностранных языков была возложена наглядная агитация.

Под нашим руководством студенты писали лозунги типа: «Миру – мир», «Главное не победа, а участие», «Спортсмены всего земного шара против атомной войны» – и прочую лабуду. «Дацзыбао» предполагалось развесить в коридорах и аудиториях."

"Хитрый ректор хотел убить сразу двух зайцев.

С одной стороны, показать людям «оттуда», что мы тоже не лыком шиты, с другой – прикрыть самые ободранные места на стенах. Институту с незапамятных времен не выделяли денег на ремонт здания.

С заданием мы справились легко. Григорий Семенович дозором обошел территорию, милостиво кивнул, поцокал языком и вдруг заявил:

– Одно непонятно, коллеги.

– Да? – моментально подскочила к нему заведующая кафедрой иностранных языков, жуткая подхалимка Геранда Евгеньевна.