Жаба с кошельком
Сколько раз Даша Васильева попадала в переделки, но эта была почище других. Не думая о плохом, она со всем семейством приехала в гости к своим друзьям – Андрею Литвинскому и его новой жене Вике. Хотя ее Даша тоже знала тысячу лет. Марта, прежняя жена Андрея, не так давно погибла в горах. А теперь, попив чаю из нового серебряного сервиза, приобретенного Викой, чуть не погибли Даша и ее невестка. Андрей же умер от отравления неизвестным ядом. Вику арестовали, обвинив в убийстве мужа. Но Даша не верит в ее вину – ведь подруга так долго ждала счастья и только-только его обрела. Любительница частного сыска решила найти человека, у которого был куплен сервиз. Но как только она выходила на участника этой драмы – он становился трупом. И не к чему придраться – все погибали в результате несчастных случаев. Или это искусная инсценировка?..
– По-моему, вам следует не высмеивать клиента, а выполнять его пожелания, – не утерпела я.
Винтусов скрючился:
– Ну уж нет! Ни за что не пойду на поводу у тех, у кого не развит вкус. Клиента необходимо подтягивать, а не опускаться до его уровня.
Спросить его, сколько домов он оформил? Голову на отсечение даю, я первая, кто пришел с заказом.
– Готова выслушать ваши предложения, – покривила я душой, – вся внимание.
– Ну, начнем с того, что пространство следует наполнить светом, – оживился наглец, – мне очень нравится концепция «Дом-солнце», все белое, яркое, металл, блестящие аксессуары, зеркала…
На секунду я представила себе, что нахожусь в гостиной, напоминающей операционную, сижу на шаткой конструкции из гнутых никелированных трубок, пью чай из изломанной под невероятными углами кружки, в лицо бьет бестеневая лампа, а одна из стен представляет собой зеркало.
Мгновенно началась мигрень. Не замечая бледного вида клиентки, дизайнер летел дальше, щеголяя недавно выученными словами:
– Воздушная кубатура, законченность пространства, единство стиля…
Наконец он иссяк.
– Хорошо, – кивнула я, ощущая, как в левом виске ворочается что-то тупое и горячее, – мы подумаем над вашим видением проблемы и примем решение.
Андрей недовольно кивнул:
– Идет.
– Сколько я должна за консультацию?
– Двести долларов.
Однако он нахал! Ну и цены!
Я улыбнулась и задала основной интересующий меня вопрос:
– Дайте реквизиты вашей карточки.
– Что? – изумился дизайнер.
– Ну куда две сотни переводить, кредитки.
– Платите наличными, – нахмурился юноша, – у меня нет карточки.
– И не было никогда?
– Нет.
– Но почему, это же так удобно!
– В Европе, – отрезал Андрей, – но не у нас. Это в Лондоне вы в любом месте, даже в автобусе кредиткой заплатите, а в Москве все равно придется мешок денег с собой таскать. Да и воруют с них!
– Это как же можно спереть с VISA деньги. – Я прикинулась полной идиоткой. – Без вашего разрешения ничего не снимут, защита стопроцентная: код, личная подпись.
Винтусов рассмеялся:
– У меня знакомая в ОМО-банке работает, как раз в отделе, который VISA-картами занимается, уж она мне порассказала, как денежки без всяких проблем тырят, а банкиры ни за что ответственности не несут! Обчистит вас ловкач, скачает всю сумму в свой карман, а в банке только руками разведут и проблеют: «Ничего не видели, ничего не слышали, ничего никому не скажем». Нет уж, лучше наличкой.
– Вам никогда не хотелось иметь карточку?
– Нет.
– А паспорт вы не теряли?
Андрей уставился на меня круглыми глазами, на дне которых плескалось недоумение:
– В чем, собственно говоря, дело? Есть у меня карточка, нет, какая вам разница?
Я побарабанила пальцами по столу.















