ПЛЕЯДА

– Почему не работаем с личным составом, не прививаем ему понятие субординации, ответственности и чувства долга?

Репер, конечно, глумился сейчас над ними, потешаясь с этих угрюмых деревенских мужиков и прекрасно понимая природу повального сна, но и оставить это разгильдяйство, основанное на смертельной усталости, без своего командирского внимания он не мог.

Он давно заметил, что чем меньше у человека самолюбия, чем меньше он в коллективе обращает на себя внимания, тем по итогу лучший из него получается солдат. Сколько уже в батальон приходило добровольцев в манерном и модном снаряжении, с барбершопными бородами и крутыми наколками, мастеров «тактической стрельбы» и знатоков «тактической медицины» - где они все? За крайне редким исключением, после первого же серьёзного испытания они уверенно записывались в ряды пятисотых, или даже стрелялись, не выдержав своей тонкой психикой сильнейших моральных потрясений.

В итоге основную лямку войны тянули обычные мужики, не забивающие свою голову сложными психическими реакциями и изящными психологическими конструкциями.

- Вот посмотри на себя, - Репер разошёлся.

– На кого ты стал похож?"

"Колун огляделся – обычный пиксель, покрытый ровным слоем грязи, рваный бронежилет, стальная каска, съехавшая на правое ухо, порванные резиновые сапоги, наполненные холодной грязью – а в них ноги в носках, с надетыми целлофановыми пакетами в качестве безуспешной попытки защитить ноги от влаги.

- Давно так ходишь? – капитан указал на сапоги.

- Неделю, - ответил наводчик.

- Почему не доложил, что у тебя сапоги рваные?

- Вы бы заставили меня купить новые сапоги, из своего кармана. А мне и так хорошо.

- Зачёт, - кивнул командир батареи. – Когда начнётся ревматизм, не жалуйся, если денег жалко. Два наряда вне очереди!

На восемь часов утра, Реперу довели, что по лесополосе «Ясень» должен был начаться огневой налёт, на который было запланировано тридцать снарядов дальнобойных «Гиацинтов». Следом, в качестве поддержки атаки, должно было прозвучать его «миномётное соло».

В принципе, по тому, как Колун отработал ночью, Репер проникся к нему долей уважения, однако, боясь окончательно поверить в созревание своего подчинённого в качестве командира миномёта, терзался сомнениями, как поступить.

Всё же доверие возобладало, и командир батареи, строго предупредив Колуна об ответственном отношении к порученному делу, направился на хутор Гнилой. По пути ему попалась группа Брабуса, неспешно тащившая по одной мине.

- Устали очень, - оправдываясь, заявил Брабус.

- Идите уже, - Репер махнул рукой.

Следом встретился Курган с шестью бойцами. Бойцы тащили ящики с гранатами и патронами, а также два переносных комплекса радиоэлектронной борьбы.