Жена поневоле

Вот же головоломку мне кто-то подбросил! – Как же он собирался стать Главой Палаты, если не в силах создать ни один сложный артефакт?

– Иногда, для вида, делал бы самые легкие задания, развешивая на своих подчиненных все остальные, сотрудничал бы с правоохранительными органами, придавал бы себе значимости всевозможными способами. А если честно, Оливия, то не знаю… – признался Дамиан, и его губы тронула едва заметная улыбка. Видимо, он и сам не представлял, как Ральф выпутывался бы из положения, в которое бы попал. Но мой муженек привык выезжать за счет других, поэтому не удивилась бы, если бы он умудрился продержаться в кресле Главы Палаты до самой старости.

Я посмотрела на Дамиана и решила, что именно с ним хочу разделить следующим вечером свою радость по поводу аннулирования брака с Ральфом, в чем даже не сомневалась.

– Дамиан, ты придешь завтра ко мне в гости после работы? – робея, выдавила из себя. Мои щеки пылали от смущения, а его улыбка стала гораздо шире, отчего на лице появились ямочки. Ну почему он так красив? Я не могла отвести от него взгляда.

– Можешь даже не сомневаться в этом, – он поднес мою руку к губам и едва ощутимо прикоснулся к ней.

По телу тут же пробежалась приятная дрожь. – Не буду больше утомлять тебя своим присутствием, ложись отдыхать. У меня на сегодня еще запланировано несколько важных дел, – виновато произнес Дамиан и поднялся из-за стола. – Кстати, Оливия, – уже в дверях проговорил он, – хочу завтра ответить на твой вопрос: как давно ты мне нравишься? – Глава Палаты подмигнул на прощание, а затем ушел. Я еще долго смотрела ему вослед. На моих губах застыла счастливая улыбка, поскольку с нетерпением ждала его признания. Казалось, в моей жизни наконец-то наступила белая полоса.

Глава 17

Я проснулась в превосходном настроении, намного раньше, чем обычно, потягивалась в постели, перекатывалась с боку на бок. Я верила в то, что этот день непременно запомнится мне на долгие годы, поскольку свобода уже была не за горами. Однако все равно меня что-то тревожило.

Дабы унять свои нервы, решила заняться готовкой. Сперва замариновала мясо, затем испекла хлеб, запах которого разносился по всему дому, но глаза все равно неустанно следили за стрелками часов, которые, словно назло, замедлили ход.

Каждый раз, когда раздавался стук в дверь, немедленно бросала все дела и неслась со всех ног посмотреть на своего гостя. Приходили лишь стражники, при виде которых издавала сдавленный вздох."

"В половине третьего мне было уже не до смеха, ведь до закрытия конторы оставалось около двух с половиной часов, и, если Ральф не расторгнет брачный договор в одностороннем порядке, все станет намного сложнее. Меня переполняли негодование, злость и… страх.