Жена поневоле

Я так же частенько по вечерам сидела на диванчике и крутила его в руке, пытаясь найти ответ.

– Как ты так вовремя подоспел? – спокойным голосом поинтересовалась у него, хотя внутри творилось нечто неописуемое. Страх перед разоблачением, благодарность Дамиану за спасение, волнение за Ральфа – все смешалось в один коктейль эмоций.

– После того как ты закрыла дверь, я поставил на нее, а затем и на калитку маячок, после чего неспешно пошел по дороге, – он забрал у меня чашку, как только устроился на диванчик и положил на столик ключ. – Через два дома от твоего стоял ничем не примечательный экипаж, что уже показалось мне странным.

Наверное, в свете последних событий, у меня сильно обострилось чувство подозрительности. Я обратился к кучеру с вопросом: свободна ли карета, но получил отрицательный ответ. Сделал вид, что ничего не заподозрил и направился вверх по улице, а затем погасли уличные фонари и сработала первая сигналка. Вот тогда и понял, что пора действовать, – Дамиан неторопливо потягивал кофе, каждый раз морщась, когда делал глоток.

– Спасибо тебе! За все… – искренне поблагодарила его, а на глаза навернулись слезы.

– Оливия, успокойся, уже все закончилось! Они больше не причинят тебе вреда, – он поставил чашку на столик, притянул меня к себе и стал поглаживать по спине. Как же я мечтала о его объятиях, хотела ощутить тепло его тела, губ…

– Не все, – еле слышно прошептала, уткнувшись лицом в мужскую грудь. Я наконец-то решилась ему обо всем рассказать.

– О чем ты? – настороженно проговорил Дамиан.

– Тебе следует узнать обо мне нечто нехорошее, – я нехотя отстранилась от него и потупила взгляд, тем временем как он пристально за мной наблюдал.

 – Когда меня выгнали из академии, то я столкнулась с финансовыми трудностями: дядюшка требовал вернуть деньги, которые он внес за мое обучение, банк грозился забрать дом, доставшийся мне от родителей, если я не продолжу оплачивать закладную, – не в силах высидеть спокойно, встала с дивана и подошла к окну. – Когда я посчитала сумму, которую должна была ежемесячно вносить, на меня накатило такое отчаяние, что я приняла поступившее предложение практически без раздумий, приняв его за спасение. Знаю, моим действиям нет оправданий, сколько бы не искала. Но мое имя, благодаря Ральфу, было у всех на слуху, поэтому и устроиться на работу смогла лишь после того, как сменила фамилию, – я тяжело вздохнула и медленно выдохнула. Дамиан слушал меня внимательно, не перебивая, а я искала в себе силы, чтобы продолжить свой рассказ дальше. – Я занималась незаконной деятельностью! – мой голос дрогнул, и я расплакалась. Все-таки мне не хватило мужества вынести все это с достоинством.

– Какой? – его руки легли мне на плечи и стали мягко их поглаживать.